Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 



Товарные знаки и объекты всемирного культурного наследия

Парижская конвенция по охране промышленной собственности, многократно пересмотренная и измененная, не успевает учесть всех перемен, которые происходят в развивающемся мире, и того особого внимания, которое мировое сообщество стало уделять объектам культурного и природного наследия. В последние годы эти проблемы находят отражение при совершенствовании национальных законодательств в сфере охраны прав промышленной собственности. Одной из них, не имеющей однозначного разрешения, является правовое сосуществование товарных знаков с объектами всемирного культурного и природного наследия.

Как представляется, Россия первой попыталась урегулировать эту проблему непосредственно в законодательстве о товарных знаках. Рассмотрим, что из этого получилось и какие неурегулированные правовые вопросы возникнут.

А начало было положено в 1972 г., когда ЮНЕСКО приняла Конвенцию об охране всемирного культурного и природного наследия, которая вступила в силу в 1975 г. Ратифицировали Конвенцию в начале 1992 г. 123 страны-участницы, включая Россию. По состоянию на 2006 г. в списке всемирного наследия – 830 объектов, в том числе 644 культурных, 162 природных и 24 смешанных, из 138 стран. При этом в России значится 15 культурных и 8 природных объектов всемирного наследия.

Каждый год страны, подписавшие Конвенцию, составляют список объектов, достойных особого внимания и охраны, расположенных на их территории. Затем эксперты ЮНЕСКО отбирают из них наиболее ценные, руководствуясь принципом уникальности и универсальности. Иными словами, объекты не должны быть похожи ни на что другое и должны иметь значение не только для страны или региона, но и для всего мира. Из списка всемирного наследия периодически исключаются объекты, учитывая улучшение их сохранности, ранее находившиеся под угрозой. На 2006 г. в списке находящихся под угрозой состоял 31 объект.

Россия ратифицировала Конвенцию 9 марта 1988 г., а 14 марта 1995 г. был принят федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях» (с изменениями от 30 декабря 2001 г.), 25 июня 2002 г. – федеральный закон «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации».

Указом президента от 30 ноября 1992 г. № 1487 «Об особо ценных объектах культурного наследия народов России» (с изменениями от 26 ноября 2001 г. и 25 февраля 2003 г.) утверждено положение «Об особо ценных объектах культурного наследия народов России». В соответствии с ним установлена процедура отнесения объектов культурного наследия к категории особо ценных и включения их в Государственный свод, депозитарием которого является Минкультуры России. Согласно ст. 12 Положения «организации, предприятия и учреждения, отнесенные к особо ценным объектам или использующие их, имеют исключительное право использовать в рекламных целях собственное обозначение (официальное наименование, товарный знак), изображения и репродукции художественных и культурных ценностей, хранящихся в их коллекциях, собраниях и фондах, а также представлять такое право другим юридическим и физическим лицам в соответствии с законодательством России».

Указанные правовые акты послужили основанием для внесения в закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 г. № 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» изменений и дополнений от 11 декабря 2002 г., в соответствии с которыми в нем появилась следующая принципиально новая норма (п. 4 ст. 6):

«Не допускается регистрация в качестве товарных знаков обозначений, тождественных или сходных до степени смешения с официальными наименованиями и изображениями особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации либо объектов всемирного культурного или природного наследия, а также с изображениями культурных ценностей, хранящихся в коллекциях, собраниях и фондах, если такая регистрация испрашивается на имя лиц, не являющихся их собственниками (владельцами) и не имеющих согласия собственников или лиц, уполномоченных на это собственниками, на регистрацию таких обозначений в качестве товарных знаков». (В действующей с 1 января 2008 г. ст. 1483 (п. 4) четвертой части ГК РФ изменена только редакция данной нормы: «Не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, тождественных или сходных до степени смешения с официальными наименованиями и изображениями особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации либо объектов всемирного культурного или природного наследия, а также с изображениями культурных ценностей, хранящихся в коллекциях, собраниях и фондах, если регистрация испрашивается на имя лиц, не являющихся их собственниками, без согласия собственников или лиц, уполномоченных собственниками, на регистрацию таких обозначений в качестве товарных знаков»)

Только через пять лет, в 2007 г. данная правовая норма наконец была реально применена: на ее основании прекращена действовавшая в России регистрация товарного знака. Палата по патентным спорам аннулировала регистрацию словесного товарного знака «Байкал» по свидетельству № 297460 с приоритетом от 7 февраля 2005 г.

Оспариваемый товарный знак представляет собой словесное обозначение «Байкал» (выполнено стандартным шрифтом заглавными буквами русского алфавита), являющееся фантазийным по отношению к заявленным услугам. Возражение против действия регистрации было подано ОАО «Байкалфарм» (г. Улан-Удэ). Товарный знак «Байкал» № 297460 зарегистрирован 31 октября 2005 г. на имя некоммерческого партнерства «Байкальский крейсерский клуб» (г. Иркутск) в отношении услуг 41 класса МКТУ: информация по вопросам отдыха и развлечений, клубы здоровья, организация досуга, конкурсов красоты, развлечений, спортивных состязаний и др.

Доводы возражения сводятся к следующему.

Байкал является объектом всемирного наследия, что подтверждается федеральным законом от 1 мая 1999 г. № 94-ФЗ «Об охране озера Байкал», с последними изменениями от 18 декабря 2006 г., который определяет правовые основы охраны озера Байкал, являющегося не только уникальной экологической системой Российской Федерации, но и природным объектом всемирного наследия.

На 20-й сессии комитета мирового наследия ООН (ЮНЕСКО) по вопросам защиты мирового культурного и природного наследия, состоявшейся 2 – 7 декабря 1996 г. в Мадриде, было принято решение о внесении озера Байкал в список мирового культурного и природного наследия.

К возражению приложены информация о 20-й сессии комитета мирового наследия, а также полученная с официального сайта Роспатента копия свидетельства № 297460 товарного знака «Байкал».

Основанием для аннулирования регистрации товарного знака послужили закон РФ «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» (п. 4 ст. 6) и федеральный закон № 94-ФЗ.

В решении Палаты по патентным спорам не анализируются конкретные услуги, в отношении которых действовала регистрация, так как основание для ее прекращения является абсолютным и не зависит от характера услуг или товаров. Итак, решение принято, и регистрация товарного знака «Байкал» по свидетельству № 297460 прекращена. Но можно ли сказать, что тем самым все проблемы решены? Полагаем, что нет, и самое интересное только начинается. В связи с данным делом возникает вопрос о судьбе многих действующих в России регистраций товарных знаков, включающих обозначение «Байкал». К ним относятся товарные знаки № 140082, 135466, 135467, 115430, 226150, 329093, 328943, 328942, 162284, 309245, 287278, 329305, 183802, 309634 и многие другие.

Какова их правовая стабильность в будущем? Их судьбе не позавидуешь, и, скорее всего, при любом столкновении на рынке хозяйствующих субъектов действие таких регистраций по заявлению недобросовестного конкурента может быть прекращено по аналогии с товарным знаком № 297460 «Байкал».

Справедливо ли такое «наказание» добросовестного правообладателя товарного знака, в котором присутствует обозначение (словесное или изобразительное), признанное объектом всемирного культурного или природного наследия? Полагаем, что нет, и последующие рассуждения должны способствовать выработке справедливых для различных ситуаций подходов к разрешению возникающих коллизий.

В отношении объектов всемирного культурного или природного наследия нет прямых международных норм, регулирующих правоотношения между ними и товарными знаками, однако аналогия по правоприменению некоторых положений Парижской конвенции по охране промышленной собственности и Соглашения о торговых аспектах прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) явно напрашивается.

Изображения и наименования объектов всемирного культурного или природного наследия подобны как вид информации гербам, флагам, иным государственным эмблемам, клеймам контроля и гарантии, правовое регулирование которых предусмотрено в подпункте (с) ст. 6 ter(1) Парижской конвенции, согласно которой:

«(a) Страны Союза договариваются отклонять или признавать недействительной регистрацию и запрещать путем соответствующих мер использование без разрешения компетентных властей в качестве товарных знаков или в качестве элементов этих знаков гербов, флагов и других государственных эмблем стран Союза, введенных ими официальных знаков и клейм контроля и гарантии, а также всякое подражание этому с точки зрения геральдики.

(b) Положения, изложенные выше в подпункте (а), применяются равным образом к гербам, флагам и другим эмблемам, сокращенным или полным наименованиям международных межправительственных организаций, членами которых являются одна или несколько стран Союза, за исключением гербов, флагов и других эмблем, сокращенных или полных наименований, которые уже являются предметом действующих международных соглашений, предназначенных для обеспечения их охраны.

(c) Ни одна страна Союза не обязана применять положения, изложенные выше в подпункте (b), в ущерб владельцам прав, приобретенных добросовестно до вступления в силу в данной стране настоящей Конвенции. Страны Союза не обязаны применять указанные положения, если использование или регистрация, имеющиеся в виду в приведенном выше подпункте (а), не создадут у общественности впечатления о наличии связи между данной организацией и гербами, флагами, эмблемами, сокращенными или полными наименованиями, или если это использование или регистрация явно не направлены на то, чтобы ввести общественность в заблуждение относительно связи, существующей между пользователем и организацией».

Соглашение ТРИПС в отношении географических указаний, идентифицирующих вина и крепкие спиртные напитки, также содержит определенные преференции для лиц, чьи действия по регистрации или приобретению товарных знаков осуществлялись добросовестно. Ст. 24 (п. 4, 5) Соглашения ТРИПС гласит:

«4. Ничто в настоящем разделе не требует от страны-члена препятствовать продолжающемуся и подобному использованию конкретных географических указаний другой страны-члена, идентифицирующих вина или крепкие спиртные напитки в связи с товарами или услугами любым из ее граждан или лиц, проживающих на ее территории, которые постоянно пользовались упомянутым географическим указанием в отношении тех же или подобных товаров или услуг на территории упомянутой страны-члена либо (a) в течение по меньшей мере 10 лет, предшествующих 15.04. 1994, либо (b) добросовестно до упомянутой даты.

5. Если заявка на регистрацию товарного знака или его регистрация осуществлялись добросовестно, или если права на товарный знак были приобретены путем его добросовестного использования, либо:
   (a) до даты применения этих положений в данной стране-члене, как это определено в п. 4, либо
   (b) до того, как географическое указание получило охрану в стране происхождения,
меры, принятые во исполнение положений настоящего раздела, не ущемляют права на регистрацию товарного знака или ее действительности или права на использование товарного знака на основании того, что такой товарный знак идентичен или подобен географическому указанию происхождения».

Таким образом страны, вводящие в свое законодательство прямые нормы, не допускающие регистрации в качестве товарных знаков обозначений, тождественных или сходных до степени смешения с официальными наименованиями и изображениями объектов всемирного культурного или природного наследия, должны предусматривать или непосредственно в своем законодательстве, или в правоприменительной практике основополагающий базис – добросовестность приобретения прав на товарный знак до вступления в силу в данной стране нормы, исключающей регистрацию товарных знаков, которые содержат объекты всемирного культурного или природного наследия. Ретроспективное распространение действия новой (запретительной) нормы неуместно, даже несмотря на ее кажущийся абсолютный характер.

В прессе опубликована информация о том, что в США госдепартамент решил принять закон, по которому затонувший лайнер «Титаник» будет отнесен к объектам мирового культурного наследия. По мнению законодателей, принятие данного закона откроет новые пути для сотрудничества между США, Великобританией, Канадой и Францией по сохранению этого трагического памятника, а место крушения лайнера станет официальным подводным памятником о погибших в 1912 г.

Благородная цель – сохранение памяти. Но как должен поступить Роспатент в этом случае в отношении множества действующих в России товарных знаков с обозначением «Титаник» при поступлении в Палату по патентным спорам возражений против действия регистрации? Речь идет, например, о товарных знаках № 96073, 177197, 208181, 177198, 109894, 194764, 168204, 217105, 197914. Ожидает ли их судьба товарного знака № 297460 «Байкал»? И не начнут ли рэкетиры намеренно подавать возражения против регистрации данных товарных знаков с целью получения с правообладателя последующего «выкупа» за отзыв своего возражения?

В список мирового культурного наследия внесены сказки братьев Гримм, в том числе «Красная шапочка» и «Золушка». В России существуют десятки товарных знаков с названными обозначениями, а конфеты «Красная шапочка» – один из известнейших брендов в отечественной кондитерской промышленности. Означает ли внесение в каталог мирового культурного наследия ЮНЕСКО сборника «Сказки братьев Гримм» распространение статуса сборника и на отдельные сказки? И что делать с обозначением «Сказки братьев Гримм» в отношении конфет, если такое обозначение будет подано на регистрацию в качестве товарного знака?

Законодательство России позволяет осуществлять регистрацию таких товарных знаков, но с согласия собственников (владельцев) объектов мирового культурного и природного наследия. Но кто может являться собственником объекта, признанного всемирным культурным наследием? Если озеро Байкал находится на территории России, и формально достаточно согласия российского правительства на регистрацию товарного знака «Байкал», то кто должен дать согласие на регистрацию в России товарного знака «Титаник» после признания его объектом мирового культурного наследия? Департамент США? Или согласие должно быть совместным, от имени всех четырех стран – США, Великобритании, Канады и Франции?

Еще один пример. Национальный парк Редвуд (США, штат Калифорния) отнесен в 1980 г. к объектам всемирного природного наследия. В России действуют две международные регистрации № 621988 и 650250, представляющие собой словесное обозначение «Redwood», и владельцем регистрации является не американская фирма. Redwood – красное дерево, по цвету которого такое имя получила секвойя. Позволительно ли на основании того, что обозначение «Redwood» лежит в основе названия объекта всемирного природного наследия прекратить на территории России действие двух вышеприведенных международных регистраций? Полагаем, нет. Однако такие проблемы лучше решать на законодательном уровне.

Вопросов больше, чем ответов. Но проблемы надо видеть, ставить и решать методологически. Страны, которые предполагают включить в национальное законодательство норму, подобную содержащейся в п. 4 ст. 6 российского Закона о товарных знаках и воспроизведенную в п. 4 ст. 1483 четвертой части ГК РФ, могли бы учесть изложенные выше соображения. Не помешают они и в правоприменительной практике.

Определенные шаги международным сообществом предпринимаются. Например, создана и актуализируется электронная база данных ВОИС, включающая обозначения, поставленные под охрану согласно ст. 6 ter Парижской конвенции.

В журнале «Патенты и лицензии» опубликована интересная статья специалистов Роспатента[1], в которой анализируются возможности применения ст. 6 ter Парижской конвенции, регулирующей процедуры отклонения или признания недействительной регистраций товарных знаков, запрета на их использование в случаях, когда в качестве зарегистрированных товарных знаков (или их элементов) применяются гербы, флаги и иные государственные символы стран – членов Парижского союза. Такие же ограничения касаются государственных клейм контроля и знаков, свидетельствующих о гарантии, геральдических символов, используемых в государственных органах, и т.п.

В упомянутой статье не рассматривается поднятый нами вопрос, но отмечено, что Роспатентом предусматривается проведение комплекса мер, связанных с применением ст. 6 ter Парижской конвенции. Одной из них является изучение электронной базы данных ВОИС, включающей обозначения, поставленные под охрану согласно ст. 6 ter. Очевидно, эта база данных будет использоваться экспертами и заявителями.

Полагаем, что специалисты Роспатента должны изучить документ ЮНЕСКО, регулирующий процедуры регистрации объектов мирового культурного наследия, – Operational Guidelines for the Implementation of the World Heritage Convention и при экспертизе заявок на товарные знаки использовать электронную базу данных этой международной организации. А размещение на сайте Роспатента гиперссылки на электронный адрес базы данных ЮНЕСКО будет приветствоваться специалистами, занимающимися разработкой и охраной товарных знаков.

Почему бы ВОИС (по инициативе Роспатента) не согласовать с ЮНЕСКО возможность создания электронной базы, включающей объекты всемирного культурного и природного наследия, адаптированной под задачи экспертизы по товарным знакам?

В мае 1998 г. ассоциацией INTA издан документ – Guidelines for trademark examination, который, не являясь нормативным, тем не менее используется многими патентными ведомствами в практической работе. Было бы весьма полезно INTA по инициативе российской стороны совместно с ВОИС разработать рекомендации для внесения соответствующих норм в национальные законодательства, регулирующие правоотношения между объектами мирового культурного, природного наследия и товарными знаками. Необходимы также рекомендации патентным ведомствам в отношении экспертизы подобных обозначений и рассмотрения ситуаций, возникающих при инициировании прекращения регистрации действующего товарного знака, который столкнулся с названием или изображением объекта мирового культурного и природного наследия.

Изложенные проблемы заслуживают внимания профессионалов в области охраны прав интеллектуальной собственности, в первую очередь, для того, чтобы опередить спонтанное и непрогнозируемое развитие национальных законодательств и правоприменительной практики патентных ведомств, которая при некорректном применении может нанести вред принципам развития мировой торговли.

Сохранение баланса между мировым культурным наследием и интересами многих правообладателей товарных знаков – вот принцип, который должен превалировать. И только от специалистов зависит, как будет воспринята и применена на практике поднятая в статье проблема.


[1] Горленко С.А., Кирий Л.Л. Статья 6 ter Парижской конвенции//Патенты и лицензии. 2007. № 9. С. 43.