Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Выплата вознаграждений за служебные изобретения и полезные модели

М.Н.Комашко – юрист, магистр частного права, юрисконсульт ОАО «Северсталь» (г. Череповец).

1 января с.г. вступила в силу четвертая часть Гражданского кодекса Российской Федерации, заменившая собой законы, ранее регулировавшие вопросы, связанные с интеллектуальной собственностью. В частности, прекратил действовать Патентный закон Российской Федерации.

Однако ни в Патентном законе не было, ни в ГК РФ нет норм, устанавливающих порядок выплаты вознаграждений авторам служебных изобретений и полезных моделей. Этот порядок в настоящее время предусмотрен законом СССР от 31 мая 1991 г. № 2213-1 «Об изобретениях в СССР». Согласно ст. 12 федерального закона Российской Федерации от 18 декабря 2006 г. № 231-ФЗ «О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» закон СССР «Об изобретениях в СССР» продолжает действовать (в части п. 1, 3 и 5 ст. 32, ст. 33 и 34) до принятия законодательных актов Российской Федерации о развитии изобретательства и художественно-конструкторского творчества. Из содержания ст. 12 федерального закона видно, что вопрос выплаты авторских вознаграждений не входит в «компетенцию» Гражданского кодекса. По мысли законодателя, порядок выплаты вознаграждений за служебные изобретения, полезные модели и промышленные образцы должен быть урегулирован специальным законодательным актом. Однако его принятие ожидается еще с 1992 г., со времени принятия Патентного закона.

На мой взгляд, проблемам выплаты вознаграждений за служебные изобретения и полезные модели (Выплата вознаграждений за служебные промышленные образцы тоже регулируется советским актом. Закон СССР «О промышленных образцах», как и закон СССР «Об изобретениях в СССР», действует на территории Российской Федерации до принятия новых законодательных актов. Поэтому и при выплате вознаграждений за служебные промышленные образцы возникают проблемы, требующие решения. Но это отдельная тема.) не уделяется должного внимания. Об этом свидетельствует, в частности, и неоправданно длительная задержка с разработкой законодательных актов о развитии изобретательства и художественно-конструкторского творчества. А ведь для большинства наемных работников-изобретателей выплата авторского вознаграждения – несомненный стимул к творчеству. В то же время для многих работодателей неясность законодательного регулирования становится непреодолимым соблазном нарушить права работника. Таким образом, интересы работника и работодателя в производстве конкурентоспособной продукции (а значит, и интерес государства в развитии экономики) вступают в противоречие с интересами работодателя в экономии средств.

Итак, единственный акт, регулирующий в настоящее время порядок выплаты авторских вознаграждений, – закон СССР «Об изобретениях в СССР» (далее – Закон), который был принят почти 17 лет назад и во многом устарел.

Полезная модель – в одном ряду с изобретением

В свое время Закон регулировал отношения, связанные с изобретательством: его нормы касались и условий патентоспособности изобретений, и порядка подачи и рассмотрения заявок на выдачу патента, и порядка использования изобретений и т.д. Необходимо отметить, что в соответствии с Законом защита предоставлялась исключительно изобретениям. Такого результата интеллектуальной деятельности, как полезная модель, этот акт не предусматривал. Права на полезные модели впервые были урегулированы в Патентном законе РФ.

В связи с этим Закон обязывал (и обязывает) уплачивать вознаграждение только за служебные изобретения. Вопрос о выплате вознаграждений за служебные полезные модели повис в воздухе. Никаких требований законодательство к их выплате не предъявляет. Хорошо ли это?

С одной стороны, это облегчает жизнь работодателя. Он не обязан подсчитывать прибыль, полученную от использования полезной модели и выплачивать вознаграждение в зависимости от получаемой прибыли. Это, согласитесь, серьезно сокращает документооборот и трудовые затраты персонала на составление актов о внедрении, использовании, расчете прибыли, полученной за год, актов экспертной комиссии и др. К тому же работодатель может (конечно, косвенным образом) экономить средства. Он может выплатить вознаграждение на условиях, которые сочтет приемлемыми, и даже не выплачивать вовсе.

С другой стороны, ст. 1370 ГК РФ обязывает работодателя выплачивать вознаграждение работнику – автору служебной полезной модели в случае получения на нее патента и в некоторых других случаях. Получается, что не выплачивать вознаграждение вроде бы нельзя. Но порядок выплаты вознаграждения не установлен. Другими словами, норма закрепляет обязанность, но механизм выполнения этой обязанности неизвестен. Отсюда можно сделать единственный вывод: норма нерабочая.

Можно, конечно, считать исполнением единовременную выплату вознаграждения в размере, например, 10 руб. Формально требование закона выполнено. Однако в этом случае возникает вопрос: отвечает ли такое исполнение духу закона? На мой взгляд, нет. Полезная модель стоит в одном ряду с изобретением. Поэтому, я считаю, что принципы определения справедливого вознаграждения за создание служебной полезной модели должны быть примерно такими же, как и у изобретения.

Закон должен быть сформулирован ясно и однозначно

Ст. 1370 ГК РФ регулирует отношения, возникающие по поводу служебных изобретений, полезных моделей и промышленных образцов. В соответствии с п. 1 этой статьи служебным изобретением признается изобретение, созданное работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя.

Третий абзац п. 4 указанной статьи устанавливает обязанность работодателя, получившего патент на служебные изобретение, полезную модель и промышленный образец, а также работодателя, совершившего некоторые иные действия, выплатить работнику вознаграждение. Размер этого вознаграждения, условия и порядок его выплаты определяются договором между работодателем и работником, а в случае спора – судом.

Обратимся теперь к Закону. В п. 1 ст. 32 этого акта говорится, что вознаграждение за использование изобретения выплачивается автору на основе договора работодателем, получившим патент в соответствии с п. 2 ст. 4 Закона. В п. 2 ст. 4 (Конечно, ст. 4 Закона не подлежит применению на территории Российской Федерации. Однако ее содержание позволяет установить волю законодателя и правильно истолковать ст. 32 Закона) Закона, в свою очередь, говорится, что патент на изобретение, созданное работником, выдается работодателю, если между ними заключен соответствующий договор, и что договор заключается в отношении изобретений, создаваемых в результате решения конкретных задач в соответствии с выдаваемыми работнику заданиями.

Из изложенного выше видно, что в ст. 32 Закона речь идет о служебных изобретениях (хотя такой термин и не используется). В п. 1 данной статьи сказано: «Вознаграждение за использование изобретения… выплачивается автору на основе договора работодателем… в размере не менее 15 процентов прибыли…, ежегодно получаемой патентообладателем от его использования, а также не менее 20 процентов выручки от продажи лицензии без ограничения максимального размера вознаграждения. … Величина процента определяется предприятием по соглашению с автором».

Очевидно, что модель, закрепленная в Законе, предназначена для регулирования отношений патентообладателя с одним автором. А как быть, если служебное изобретение создано несколькими авторами? В каком порядке выплачивать вознаграждение соавторам? Обязан ли работодатель выплачивать вознаграждение за использование изобретения в размере 15% прибыли каждому автору? Или авторам вместе полагается вознаграждение в 15%? Те же вопросы возникают и при определении размера вознаграждения в случае продажи лицензии. Ответа на эти вопросы в Законе нет.

Однако норма, закрепленная в п. 5 той же статьи, несколько отличается от нормы, закрепленной в п. 1. П. 5 ст. 32 Закона гласит: «Автору изобретения… патентообладателем… выплачивается поощрительное вознаграждение… Размер поощрительного вознаграждения за изобретение (независимо от количества соавторов) должен быть не менее среднего месячного заработка работника данного предприятия».

Здесь мы видим уточнение: «независимо от количества соавторов». Зачем в текст Закона введено это уточнение? Вероятно, чтобы показать разницу между вознаграждением за использование изобретения и поощрительным вознаграждением. Как истолковать эту разницу? Можно предположить, что раз в п. 5 сказано «независимо от количества соавторов», значит, поощрительное вознаграждение выплачивается одно на всех. Тогда вознаграждение за использование изобретения выплачивается каждому автору, ведь п. 1 ничего не говорит о соавторах. С другой стороны, можно предположить и обратное. Поощрительное вознаграждение выплачивается каждому автору независимо от других авторов, а вознаграждение за использование изобретения – авторам вместе. И тот, и другой вариант соответствуют тексту Закона.

Конечно, на практике применяется (совершенно правильно) второй вариант. Это верно хотя бы потому, что, если авторский коллектив состоит из семи и более человек (что не редкость), у патентообладателя, придерживающегося первого варианта толкования Закона, не только не останется ни копейки прибыли от использования изобретения, но он еще и будет должен авторам. Нелепость данной ситуации очевидна.

Однако это не снимает проблемы толкования законодательных положений. Все-таки закон должен быть сформулирован ясно и однозначно.

Выплата вознаграждения автору в случае заключения работодателем лицензионного договора

П. 1 ст. 32 Закона гласит: «Вознаграждение за использование изобретения в течение срока действия патента выплачивается автору на основе договора работодателем… в размере… не менее 20 процентов выручки от продажи лицензии…».

Что следует понимать под выручкой? Налоговый кодекс Российской Федерации не определяет этот термин. Но о выручке в НК РФ говорится во многих статьях: в подпункте 2 п. 2 ст. 45 («выручка за реализуемые товары (работы, услуги)»), п. 1, 4 и 5 ст. 145 («выручка от реализации товаров (работ, услуг)»), подпункте 19) п. 2 ст. 149 («выручка… за реализованные… товары (работы, услуги)») и др.

В главе 21 НК РФ «Налог на добавленную стоимость», а именно в п. 2 ст. 153, требуется определять выручку от реализации товаров (работ, услуг), передачи имущественных прав, исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчетами по оплате указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав, полученных им в денежной и (или) натуральной формах, включая оплату ценными бумагами.

В главе 25 НК РФ «Налог на прибыль организаций», в п. 1 ст. 249 предлагается понимать под доходом от реализации выручку от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручку от реализации имущественных прав. При этом выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах (п. 2 указанной статьи).

В 1991 г., когда был принят Закон, действовал закон СССР от 14 июня 1990 г. № 1560-1 «О налогах с предприятий, объединений и организаций», в ст. 2 которого говорилось: «Прибыль от реализации продукции (работ, услуг) определяется как разница между выручкой от реализации продукции (работ, услуг) в действующих ценах без налога с оборота и затратами на ее производство и реализацию, включаемыми в себестоимость продукции (работ, услуг)». На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что термин «выручка» означает совокупный доход от оплаты реализованных товаров (работ, услуг) и имущественных прав.

Таким образом, мы видим несоответствие между порядком исчисления вознаграждения за использование изобретения и порядком исчисления вознаграждения за продажу лицензии. Если в случае использования изобретения патентообладатель выплачивает автору вознаграждение в размере 15% от прибыли, ежегодно получаемой от использования изобретения, то в случае заключения лицензионного договора патентообладатель выплачивает вознаграждение в размере 20% от выручки (то есть дохода), полученной по этому договору. Как известно, прибыль – это полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов (ст. 247 НК РФ). Получается, что в одном случае расходы, произведенные правообладателем для осуществления своей деятельности, учитываются, а в другом – нет. Вряд ли такую позицию можно признать обоснованной.

Цель законодателя при закреплении обязанности правообладателя выплачивать вознаграждение автору изобретения состоит в том, чтобы заставить правообладателя делиться с автором прибылью, полученной за счет использования результата его интеллектуального труда. Поэтому и размер вознаграждения установлен не в твердой сумме, а в процентах.

Однако правообладатель, так или иначе реализуя исключительное право на изобретение, может понести расходы. Расходы, которые он несет в связи с заключением лицензионного договора, конечно, меньше тех, что требуются для использования изобретения в собственном производстве, но, тем не менее, они есть. Автор в этих расходах не участвует. Соответственно, патентообладателю необходимо предоставить возможность компенсировать понесенные расходы. И только после учета расходов в объеме выручки можно определять вознаграждение, причитающееся автору изобретения.

На основании изложенного представляется целесообразным определять размер вознаграждения, выплачиваемого автору, в зависимости от прибыли, полученной патентообладателем по лицензионному договору.

Основания для выплаты вознаграждения

Ст. 1370 ГК РФ предусматривает выплату вознаграждения работнику – автору служебного изобретения (полезной модели, промышленного образца) в случаях:
   получения патента на служебное изобретение (полезную модель, промышленный образец);
   принятия решения о сохранении информации о служебном изобретении (полезной модели, промышленном образце) в тайне;
   передачи права на получение патента другому лицу;
   неполучения патента по поданной работодателем заявке по зависящим от него (работодателя) причинам.

Как было показано выше, Закон предусматривает выплату автору служебного изобретения вознаграждения за использование этого изобретения (в том числе путем заключения лицензионного договора) и поощрительного вознаграждения (в случае получения патента на это изобретение предприятием). Таким образом, основания для выплаты вознаграждения автору, установленные в ГК РФ и в Законе, не совпадают. Очевидно, что Закон в данном случае должен быть приведен в соответствие с ГК. Однако такое основание для выплаты вознаграждения, как использование изобретения, прямо не предусмотренное в ГК, целесообразно, на мой взгляд, выделить в самостоятельную категорию, как это и сделано в Законе.

В заключение хотелось бы подчеркнуть, что давно назрела необходимость принятия законодательного акта о развитии изобретательства, предусмотренного ст. 12 федерального закона «О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». Решить поднятые в статье проблемы иным путем не представляется возможным.