Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Пора вводить лицензирование торговли интеллектуальным продуктом

Как следует из отчета Роспатента за 2006 г., результаты проверки организаций и предприятий, получивших госзаказы на создание новейших объектов техники и технологии, на предмет патентно-правовой охраны получаемых результатов не только не впечатляют, а наоборот, настораживают. Они показывают, что средства налогоплательщиков растрачиваются недостаточно эффективно, не принося ощутимой пользы ни стране (в том числе каждому из нас), ни организации, ни людям, непосредственно занимавшимся выполнением этого заказа. Конечно, зарплату они получили, но…

Если абстрагироваться от частностей, получается, что денежки, выделенные из бюджета на проведение НИОКР, в котором заинтересовано будто бы государство, аккуратно «осваиваются», отчеты пишутся и так же аккуратно складываются на полку. И все! Никому ничего не нужно. Правда, представитель заказчика имеет свой откат… Но я не об этом! Случайно вырвалось! И ему результат теперь уже тоже неинтересен. Ведь финансовый механизм сработал. И нарушений нет!

Существует масса организаций, изо всех сил старающихся помочь в «освоении» бюджетных средств, распределяя и перераспределяя их среди потенциальных разработчиков новой техники. Например, Фонд содействия развитию малых предприятий в научно-технической сфере за 10 лет работы профинансировал 2318 проектов на сумму около 2 млрд. руб. Фонд создал 24 инновационно-технологических центра, которые объединяют 250 малых предприятий в научно-технической сфере с общим объемом производства более 3 млрд. руб.* Впечатляет? Правда, источник не уточняет, является этот объем годовым или общим за 10 лет. Но если проверить арифметикой гармонию и предположить, что речь идет о годовом объеме, то получается, что каждый проект приносит продукции примерно на 5000 долл. И это без учета стоимости сырья, электроэнергии, амортизации, накладных расходов. И как-то потускнели цифры. (При этом я никоим образом не хотел бы критиковать ни фонд, ни его руководителя. Можно назвать еще десятки инвесторов и госзаказчиков, которые так же успешно распоряжаются средствами федерального бюджета).

Интересно, есть ли среди законченных НИОКР объекты интеллектуальной собственности? Наверно, есть. Даже просто обязаны быть! Но… Вот что говорил об этом в одном интервью руководитель Роспатента:

«Мы уже проверили более 40 организаций и выявили практически полное отсутствие правовой защиты продуктов интеллектуальной деятельности. Госзаказчики и организации-исполнители не принимают мер ни для получения патентов, ни для обеспечения охраны ноу-хау в режиме коммерческой тайны. По сути, изобретения остаются бесхозными и в принципе могут быть беспрепятственно переданы любому лицу, в том числе за рубеж. Когда у изобретений нет собственника, то любая их передача является незаконной. Отсюда и нелегальный оборот»[1].

Правда, тут есть один вопрос. Если никаких мер по правовой защите продуктов интеллектуальной деятельности не предпринималось, то о каких изобретениях может идти речь?! Но не будем обращать внимание на частности. Говорят, что число проверенных организаций в прошлом году стало значительно больше и «благополучных» оказалось 5 или 7%.

А что пишут о масштабах такого нелегального или вообще-то, с точки зрения закона, легального оборота информированные источники?

«Из-за снижения объемов продаж на внешнем рынке новых технологий и продуктов наукоемкого промышленного производства финансовые потери составляют до 10 млрд. долл. в год»[1]. Если вы считаете, что эти данные устарели (2000 г.), то не стоит обольщаться, вот сравнительно новенькие публикации. «Серьезный аспект – предотвращение утечки из России технологий и эмиграция высококвалифицированных специалистов. За прошедшее десятилетие потери России за счет нелегальной утечки технологий составили многие миллиарды долларов».

Автору статьи неизвестны методики, позволившие сделать такие заключения. Мнения по этому поводу совершенно различны. В Роспатенте, например, полагают, что интеллектуальная собственность в России не имеет рыночной цены. Не будем обсуждать этот вопрос. Очевидно, что авторы цитат по-разному оценивают ситуацию и даже имеют в виду различные стоимости и цены. Напомним только, что СССР продавал за границу лицензий примерно на 500 млн. инвалютных руб. в год, из них порядка 25 – 30 млн. в свободной валюте.

А что мы знаем сегодня о результатах продаж технологий и соответствующей продукции за рубеж? Кто может ответить на этот вопрос? Эти данные никому неизвестны. В основном из-за упомянутого уже нелегального оборота, а также из-за полного пренебрежения госзаказчиков к результатам, полученным на средства федерального бюджета. Согласно данным Минпромнауки, доля России на мировых рынках высокотехнологичной продукции составляет 0,3%, что в 130 раз меньше, чем США. И перспективы улучшения ситуации весьма туманны.

А вдруг в результате чудовищного напряжения мозгов, профинансированных из бюджета, действительно создано НЕЧТО! Что дальше? Кому это нужно? Заказчику? Да он, откровенно говоря, и не предполагал, что вот ЭТО может быть создано, в лучшем случае он рассчитывал на отчет на полке. Да и денег для использования вот ЭТОГО не предусмотрено, да и, вообще, лучше, чтобы ЭТОГО не было.

Как тут не вспомнить раннего Жванецкого:

– Ты вот это можешь сделать?
– Могу, конечно!
– Мне это очень нужно! Сделаешь к четвертому?
– Не, к пятому!
– А мне нужно к четвертому!
– Могу только к пятому!
– Ну, ладно, к пятому!
– Ну, ладно, к четвертому!
– Черта два я тебе что-нибудь толковое сделаю!
– А мне это и не нужно совсем!

Ну а создатели? Они-то поняли, что это НЕЧТО? И что денег стоит, и не таких, которые им были «спущены» на разработку. А что делать в современных условиях? Нужно продавать, но кому и за сколько? В Роспатенте на этот счет мнение однозначно: «Как правило, у нас высокие технологии создаются в научных учреждениях и вузах, и механизм их легальной передачи производителям пока плохо отлажен. … На Западе это четко отрегулировано. Сегодня там даже третьеразрядный университет зарабатывает миллионы за счет лицензирования результатов своей научно-технической деятельности». Но наших разработчиков этому не учили. Да и не их, честно говоря, это дело.

Тут нужны профессионалы. Особенно, когда речь идет о продаже за границу. И вот крутятся около них лихие торговцы чужими мозгами, и получают разработчики от таких продаж копейки (в смысле – центы). Приведу для примера выдержку из типового договора между американской фирмой и российским академическим институтом: «После получения результатов исследования в полном объеме фирма платит институту 50 (!) долл. После оценки и акцепта этих результатов институт получает еще 1000 (!) долл. При этом институт не может предоставлять данные или аналогичные результаты исследований какому-либо частному или юридическому лицу. Все аналогичные результаты (и продукция, выпущенная на их основе) должны быть переданы фирме. Институт предпримет все необходимые меры для получения разрешения Правительства РФ, в случае если оно окажется необходимым, для передачи результатов исследований».

Конечно, с момента появления этого документа прошло некоторое время, но характер взаимоотношений практически не изменился. Чуть-чуть возросли расценки. И вот что интересно: никаких законов эти лихие ребята не нарушают! Внешнеторговую деятельность регулирует федеральный закон от 8 декабря 2003 г. № 164-ФЗ «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности».

Посмотрим, что это такое по отношению к интересующему нас предмету, и кто может быть участником внешнеторговой деятельности.

«Статья 2. Основные понятия, используемые в настоящем федеральном законе
...
4) внешнеторговая деятельность – деятельность по осуществлению сделок в области внешней торговли товарами, услугами, информацией и интеллектуальной собственностью;
5) внешняя торговля интеллектуальной собственностью – передача исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности или предоставление права на использование объектов интеллектуальной собственности российским лицом иностранному лицу либо иностранным лицом российскому лицу;
6) внешняя торговля информацией – внешняя торговля товарами, если информация является составной частью этих товаров, внешняя торговля интеллектуальной собственностью, если передача информации осуществляется как передача прав на объекты интеллектуальной собственности, или внешняя торговля услугами в других случаях».
«Статья 10. Российские лица и иностранные лица как участники внешнеторговой деятельности
Любые российские лица и иностранные лица обладают правом осуществления внешнеторговой деятельности. Это право может быть ограничено в случаях, предусмотренных международными договорами Российской федерации, настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами».

Вот так. И не иначе. Каждый может торговать, в том числе и результатами интеллектуальной деятельности, в частности, созданными за счет бюджета. Так, может быть, учитывая многомиллиардные потери страны за счет «утечки» технологий ( а сюда смело можно включить и передачу ее на вполне легальной основе по договорам и соглашениям, аналогичным цитировавшемуся выше), закон что-либо предусматривает? Оказывается, да!

«Статья 35. Меры, затрагивающие внешнюю торговлю услугами и вводимые исходя из национальных интересов

Независимо от положений статьи 34 настоящего федерального закона в соответствии с международными договорами Российской Федерации и федеральными законами исходя из национальных интересов могут вводиться меры, затрагивающие внешнюю торговлю услугами, если эти меры:

5) необходимы для обеспечения целостности и стабильности финансовой системы, защиты прав и законных интересов инвесторов, вкладчиков, держателей полисов, исполнителей финансовых услуг; …». (Но не авторов изобретений и не патентообладателей).

Однако и в том случае, когда инвестором выступает государство или от его имени госзаказчики, можно предпринимать меры, исключающие «утечки»! Какие именно эти самые «меры», в законе не говорится. Можно предположить, что они общеизвестны и сводятся к административным и экономическим, таким как поощрение экспорта (предположим, за счет льготного налогообложения), лицензирование и т.д.

Действительно, ведь есть же у нас институт лицензирования отдельных видов деятельности. Но напрасно мы будем искать там что-либо похожее на лицензирование торговли технологиями, созданными за счет бюджета. Очень не выгодно это тем лицам, которые в настоящее время этим занимаются. Остается надеяться, что с созданием Ростехнологии положение улучшится. Хотя и до этого все необходимые предпосылки существовали. В частности, работало ФГУП «Лицензинторг», имеющее колоссальный 45-летний опыт по продаже и закупке лицензий, патентов, ноу-хау. Но его существование ну никак не вписывалось в общую структуру растаскивания общенародного интеллектуального добра и было как бельмо на глазу. К счастью, сейчас положение улучшается. В основном за счет тех 5 – 7%, которые действительно что-то создали и хотели бы по-хозяйски распорядиться своим (и государственным) добром, думая при этом не только о собственном кармане (и кармане ушлых молодцев от торговли), но и о чем-то другом. Хотя известны прецеденты, когда профессионалы продавали результаты НИОКР за суммы, на порядок большие, чем это представляли себе разработчики с помощью доброхотов.

Хотя, казалось бы, чего проще?! Если НИОКР финансируется из госбюджета, в техническом задании должно быть обязательно записано проведение работ по патентованию результатов разработок как в стране, так и за рубежом и их передача для коммерческой реализации опять же госструктурам. Нет, не вяжется это с теми постулатами, которые двигают наших инвесторов. И кричат они о демократии, свободе предпринимательства и т.п., почему-то забывая, что сделано все это было за наш с вами счет, уважаемый читатель. Да и лицензирование торговли интеллектуальным продуктом (особенно за рубеж) логично было бы ввести, дополнив убогий список соответствующего закона. Ведь убытки-то ошеломительны!


[1] Баранников О. Госдума обсуждает проблемы защиты интеллектуальной собственности//ИС. 2000. № 7.