Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 



Что ждет коммерческую тайну после введения в действие четвертой части ГК РФ?

На основе федерального закона Российской Федерации «О коммерческой тайне» (далее – Закон) 2004 г. и всех действующих в настоящее время в Российской Федерации законодательных и нормативных актов, связанных с этой областью, сложилось определенное понимание коммерческой тайны как конфиденциальности информации, то есть сведений, составляющих Перечень сведений конфиденциального характера, утвержденный Указом Президента Российской Федерации от 6 марта 1997 г. № 188, и отнесенных к коммерческой деятельности.

Такие сведения должны обладать признаками охраноспособности информации, составляющей коммерческую тайну, и доступ к ним должен быть ограничен в соответствии с ГК РФ и Законом. Условия же конфиденциальности основываются на договорных отношениях (между работником и работодателем, лицензиаром и лицензиатом, государственным заказчиком и исполнителем работ по государственным контрактам) и определяются конкретными взаимными обязательствами, принимаемыми обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, и лицами, получившими доступ к ней, о неразглашении этих сведений для третьих лиц.

При наличии коммерческой ценности информации и ее недоступности для третьих лиц на законном основании права обладателя информации, составляющей коммерческую тайну, возникают с момента установления им в отношении такой информации режима конфиденциальности (ст. 7 Закона) и утрачиваются с прекращением действия этого режима. Использование этих прав позволит правообладателю и его контрагентам при существующих или возможных обстоятельствах получить преимущества в предпринимательской и иной хозяйственной деятельности. Эти преимущества в п. 1 ст. 3 Закона обозначены как увеличение доходов, исключение неоправданных расходов, сохранение положения на рынке товаров, работ, услуг или получение иной коммерческой выгоды.

Таким образом, как и интеллектуальная собственность, информация, составляющая коммерческую тайну, отнесена к нематериальным объектам гражданских прав (ст. 128 ГК РФ). К ней применяются как специальные, так и общие положения ГК РФ и, в частности, о служебной и коммерческой тайне (ст. 139); способах защиты гражданских прав и возмещении убытков (ст. 12, 15 и 16); об ответственности за нарушение обязательств (глава 25); нормы Кодекса, касающиеся коммерческой тайны в отношении отдельных видов договоров: подряда (ст. 727), на выполнение НИОКР (ст. 771), коммерческой концессии (ст. 1032) и др. В случае неоднозначного толкования положений, относящихся к информации, составляющей коммерческую тайну, в других законодательных или подзаконных актах руководствуются соответствующими положениями ГК РФ (п. 2 ст. 3).

Кроме ГК РФ и Закона о коммерческой тайне в нормативную базу о коммерческой тайне входят ст. 13.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ст. 183 Уголовного кодекса, подпункт 5 п. 1 ст. 14 федерального закона Российской Федерации «О защите конкуренции», ст. 38, 192 – 194, 238, 419 Трудового кодекса, п. 3 ст. 257 Налогового кодекса, а также нормы, связанные с информацией, охраняемой в режиме коммерческой тайны, в постановлениях Правительства Российской Федерации от 4 мая 2005 г. № 284 и от 17 ноября 2005 г. № 685 по вопросам государственного учета и распоряжения правами на результаты научно-технической деятельности, полученные за счет средств федерального бюджета.

Как считают многие специалисты, права обладателя информации, составляющей коммерческую тайну, возникающие с момента установления им в отношении такой информации режима коммерческой тайны в соответствии со ст. 10 Закона, отличаются от исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности. Если в основе интеллектуальной собственности лежит легальная монополия, подтверждаемая государственной регистрацией и выдачей государственного охранного документа (патента, свидетельства), право на информацию, составляющую коммерческую тайну, как рода информации и объекта гражданских прав, основывается на фактической монополии лица на определенные сведения. Реализация права на коммерческую тайну носит ограниченный характер в абсолютных правоотношениях, когда обладателю коммерческой тайны противостоит неопределенный круг лиц. Здесь правообладатель может пресечь лишь незаконное завладение (получение) его коммерческой тайной третьими лицами (например, промышленный шпионаж, вскрытие сейфа, преодоление защитных средств). Все же другие правомочия обладателя реализуются, как правило, в рамках относительных правоотношений – включением в трудовые договоры работодателя с работником и договоры с контрагентами условий о конфиденциальности сведений, составляющих коммерческую тайну.

С принятием федерального закона Российской Федерации «О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», вносящего изменения в Закон о коммерческой тайне, и с введением в действие с 1 января 2008 г. четвертой части ГК РФ, содержащей главу 75 «Право на секрет производства (ноу-хау)», в законодательство о коммерческой тайне вносятся принципиально важные изменения.

Несколько меняется само понятие «коммерческая тайна». Если действующей сегодня формулировкой коммерческая тайна абстрактно приравнивается к «конфиденциальности информации», то есть к статусу закрытости сведений, определенных Перечнем сведений конфиденциального характера и связанных с коммерческой деятельностью, то теперь коммерческая тайна будет определена в Законе как «режим конфиденциальности (выделено мною – Р.Ш.) информации, позволяющий ее обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду». При этом из ст. 3 Закона исключается п. 3, содержащий перечень мер разного характера (правовые, организационные, технические и иные), которые должен принять обладатель информации, составляющей коммерческую тайну, в отношении режима коммерческой тайны.

Этот перечень критиковался за излишнюю императивность и трудности, возникающие при подведении под него конкретных мер, изложенных в разных статьях Закона. С исключением из Закона данного перечня раскрытие режима конфиденциальности будет адресовано непосредственно к конкретным мерам по охране конфиденциальности, изложенным в ст. 10 и признаваемым как разумно достаточные. Признавая утратившими силу ст. 7 «Права обладателя информации, составляющей коммерческую тайну» и ст. 12 «Охрана конфиденциальности информации в рамках гражданско-правовых отношений», ряда положений ст. 11 «Охрана конфиденциальности информации в рамках трудовых отношений», Закон снимает также вопрос о том, являются ли эти разумно достаточные меры в ст. 10 превентивными в отношении охраны конфиденциальности информации, составляющей коммерческую тайну, в рамках трудовых и гражданско-правовых отношений, поскольку с исключением указанных статей другие меры, кроме как в ст. 10, не предусматриваются.

С введением понятия, что коммерческая тайна есть режим конфиденциальности, возникает вопрос: не повторяет ли это один из признаков охраноспособности секрета производства – введение обладателем сведений в отношении секретов производства режима коммерческой тайны, то есть режима конфиденциальности. Разница здесь видится в том, что в понятии «коммерческая тайна» речь идет о собственно режиме конфиденциальности, а в признаке охраноспособности секрета производства – о факте введения этого режима.

Информация, составляющая коммерческую тайну, в соответствии с действующими нормами Закона охватывает научно-техническую, технологическую, производственную, финансово-экономическую или иную информацию, включая как частный случай секреты производства (ноу-хау). Вводимые в Закон изменения рассматривают информацию, составляющую коммерческую тайну, под общим названием «секреты производства (ноу-хау)», относя к ним «сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности».

Здесь важно отметить прямое отнесение к секретам производства результатов интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, имея в виду результаты, способные к правовой охране в качестве объектов интеллектуальной собственности, причем без ограничения видов объектов, по которым может быть принято решение об охране их в режиме коммерческой тайны. Данная норма делает излишним существующее сегодня указание в п. 2 ст. 8 Закона на ограниченный перечень возможных объектов интеллектуальной собственности, которые могли бы охраняться в режиме коммерческой тайны, причем в косвенной форме – через обращения к соответствующим законодательным актам об интеллектуальной собственности.

Все приведенные в измененной редакции п. 2 ст. 3 Закона виды секретов производства, перечень которых не ограничивается, должны обладать тремя признаками охраноспособности, которые установлены действующим сегодня Законом для информации, составляющей коммерческую тайну. Эти сведения должны иметь действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к ним у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны. Данная формулировка вытекает из ст. 1465 четвертой части ГК РФ, распространяя действие Закона с 1 января 2008 г. в качестве эквивалента понятия информации, составляющей коммерческую тайну, на секреты производства (ноу-хау), регулирование отношений в сфере которых должно будет осуществляться в соответствии с нормами главы 75 «Право на секрет производства (ноу – хау)» Кодекса.

Введение понятия «коммерческая тайна» как режима конфиденциальности изменило и упростило редакцию части 1 ст. 1 Закона: «… закон регулирует отношения, связанные с установлением, изменением и прекращением режима коммерческой тайны в отношении информации, составляющей секрет производства (ноу-хау)». Не стало сложной конструкции об обеспечении таким регулированием баланса интересов обладателей информации, составляющей коммерческую тайну, и других участников регулируемых отношений, в том числе государства. Но могут быть и потери от такой замены: отсутствие в Законе прямой нормы о том, что государство не относится к обладателям секретов производства, потребует ее компенсации через другие нормы.

Указанные изменения в корне меняют представление об объекте регулирования в сфере коммерческой тайны. Если действующее законодательство о коммерческой тайне в качестве объекта гражданских прав рассматривало информацию, то после исключения информации из числа таких объектов в ст. 128 ГК РФ секреты производства (ноу-хау) в соответствии со ст. 1225 ГК РФ причислены к охраняемым результатам интеллектуальной деятельности (интеллектуальной собственности) и в таком качестве согласно новой редакции ст. 128 ГК РФ отнесены к объектам гражданских прав.

Данное изменение позволит гармонизировать положения законодательства Российской Федерации о секретах производства (ноу-хау) с международными подходами в этой сфере и, в частности, с нормами Соглашения ТРИПС об отнесении закрытой информации к интеллектуальной собственности (п. 2 ст. 1) и о регулировании ее охраны (ст. 39).

Принципиально важным в законодательстве о коммерческой тайне является установление в ст. 1466 ГК РФ принадлежности обладателю секрета производства исключительного права использования его любым не противоречащим закону способом, в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. При этом понимание исключительного права в данном случае на основе отсылки в указанной статье к ст. 1229 «Исключительное право» ГК РФ формально соответствует общему определению исключительного права для всех объектов интеллектуальной собственности, представленных в четвертой части ГК РФ.

Вместе с тем, если учитывать специфику секретов производства (ноу-хау): их коммерческую ценность в силу неизвестности третьим лицам, отсутствие государственной регистрации и выдачи на них охранного документа с общедоступностью сведений об этом, невозможность их охраны как объектов авторских или смежных прав с применением соответствующих предупредительных обозначений – применение термина «исключительное право» в отношении секрета производства (ноу-хау), видимо, не меняет существа этого права, поскольку основывается на фактической монополии лица на определенные сведения, носит ограниченный характер в абсолютных правоотношениях, а правомочия обладателя секрета производства реализуются, как правило, включением в трудовые договоры работодателя с работником и договоры с контрагентами условий о конфиденциальности сведений, составляющих секреты производства. Видимо, потребуется внести определенную юридическую ясность в понимание исключительности прав в отношении использования секретов производства (ноу-хау).

При всей формальности данной нормы представляется, что введение в действие четвертой части ГК РФ, ст. 1466 которой предоставляет правообладателю исключительное право использования секрета производства (ноу-хау), поможет устранить существующую сегодня коллизию в возможности постановки на налоговый учет «владение ноу-хау, секретной формулой или процессом, информацией в отношении промышленного, коммерческого или научного опыта» в качестве нематериальных активов (подпункт 6 п. 3 ст. 257 Налогового кодекса Российской Федерации) и исключения из состава нематериальных активов секретов производства (ноу-хау) для целей бухгалтерского учета (ПБУ 14/2000).

Признание утратившими силу с 1 января 2008 г. ряда статей Закона: ст. 7 – права обладателя информации, составляющей коммерческую тайну, ст. 8 и 12 – права обладателя коммерческой тайны в рамках трудовых и гражданско-правовых отношений, ст. 9 – порядок установления режима коммерческой тайны при выполнении государственных контрактов, а также отдельных норм в ст. 4 (законность самостоятельно полученной информации), ст. 11 (обязанность неразглашения работником коммерческой тайны в течение трех лет после прекращения трудовых отношений с работодателем; возмещение работником или руководителем организации причиненного неправомерными действиями ущерба или убытка работодателю и другие) – вовсе не означает утрату их содержания. Оно заменяется соответствующими положениями четвертой части ГК РФ, вытекающими из понятия исключительного права обладателя секрета производства в ст. 1466 и 1229. Но при этой замене многие подробности прикладного характера, прописанные ранее в указанных статьях Закона, если они не противоречат измененным нормам, могут продолжать применяться в практической деятельности.

Например, положение о законности самостоятельно полученной лицом информации в п. 2 ст. 4 Закона, утратившем силу, фактически заменено нормой п. 2 ст. 1466 ГК РФ о приобретении самостоятельного исключительного права на секрет производства лицом, ставшим добросовестно и независимо от других обладателей секрета производства обладателем сведений, составляющих содержание охраняемого секрета производства.

П. 1 утратившей силу ст. 8 Закона, согласно которому обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, полученной в рамках трудовых отношений, является работодатель, заменяет ст. 1470 ГК РФ, которая в п. 1 вводит понятие служебного секрета производства, созданного работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя, исключительное право на который принадлежит работодателю.

С признанием утратившей силу невразумительной ст. 9 Закона о режиме коммерческой тайны при выполнении госконтракта для государственных нужд ст. 1471 ГК РФ вводится более расширенная норма о закреплении исключительного права на секрет производства, созданный при выполнении работ в рамках различного вида договоров: договора подряда, договора на НИОКР, государственного или муниципального контракта для государственных или муниципальных нужд за подрядчиком (исполнителем), если соответствующим договором не предусмотрено иное.

Признание утратившей силу ст. 139 ГК РФ «Служебная и коммерческая тайна», в которой эти виды тайн характеризуются одними и теми же признаками охраноспособности, что затрудняет сегодня их разграничение, позволит более четко решать вопрос об их разделении на основе подходов, изложенных в четвертой части ГК РФ в отношении секретов производства (ноу-хау).