Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Кодекс новый. Неопределенности старые

Всем, кто читал Патентный закон РФ, хорошо известна норма п. 3 ст. 13.
Напомним ее содержание.

«Заявитель, являющийся автором изобретения, при подаче заявки на выдачу патента на изобретение может приложить к ее документам заявление о том, что в случае выдачи патента он обязуется передать исключительное право на изобретение (уступить патент) на условиях, соответствующих установившейся практике, лицу, первому изъявившему такое желание и уведомившему об этом патентообладателя и федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности – гражданину Российской Федерации или российскому юридическому лицу. При наличии такого заявления патентные пошлины, предусмотренные настоящим Законом, в отношении заявки на изобретение и патента, выданного по такой заявке, не взимаются. Федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности публикует сведения об указанном заявлении. Патентообладатель обязан заключить договор о передаче исключительного права на изобретение (уступке патента) с лицом, изъявившим такое желание.

Лицо, заключившее с патентобладателем договор о передаче исключительного права на изобретение (уступке патента), обязано уплатить все патентные пошлины, от уплаты которых был освобожден заявитель (патентобладатель). В дальнейшем патентные пошлины уплачиваются в установленном порядке.

Для регистрации федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности договора о передаче исключительного права на изобретение (уступке патента) к заявлению о регистрации договора должен быть приложен документ, подтверждающий уплату всех патентных пошлин, от уплаты которых был освобожден заявитель (патентообладатель).

В случае, если в течение двух лет с даты публикации сведений о выдаче такого патента в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности не поступило уведомление в письменной форме о желании заключить договор о передаче исключительного права на изобретение (уступке патента), по истечении двух лет патентобладатель может подать в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности ходатайство об отзыве своего заявления. В этом случае патентные пошлины, которые предусмотрены настоящим Законом и от уплаты которых заявитель (патентообладатель) был освобожден, подлежат уплате. В дальнейшем патентные пошлины уплачиваются в установленном порядке. Федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности осуществляет публикацию в официальном бюллетене сведений об отзыве указанного заявления».

Проще говоря, российским изобретателям предоставляется возможность подать заявку на получение патента на изобретение без уплаты пошлины. Взамен изобретатель передает исключительное право российскому гражданину или юридическому лицу, первым обратившемуся в течение двух лет к патентообладателю после получения патента.

Больше ничего существенного в этом пункте нет. Но такая краткость вызывает много вопросов. Например: что будет, если в течение первых двух лет с момента получения патента к изобретателю обратятся не российские гражданин или юридическое лицо, а представители иностранного государства? Конечно, официально они не приобретут исключительного права на это изобретение. Но здесь возможны варианты. Честные иностранцы не пойдут на нарушение российского закона. Ну, а нечестные легко выйдут из положения. Ведь решение лежит на поверхности.

Уже с этого момента ясно, что норма статьи не является совершенной, если есть возможность ее обойти. В результате такой сделки государство не получит задержанные пошлины за патентование и регистрацию лицензионного договора. Кроме того, если после передачи изобретения иностранцу к автору обратится российский производитель, он, получив законное право выпускать товар, столкнется на рынке с аналогичной продукцией иностранца.

Еще интереснее рассмотреть ситуацию, когда к изобретателю обратятся иностранный или российский производители после истечения двухлетнего срока. Кто тогда будет иметь право заключить лицензионное соглашение с инвестором? Или поставим вопрос иначе: кому принадлежит изобретение после двухлетнего периода – изобретателю или государству? Если государству, то с кем конкретно необходимо заключить лицензионный договор? То есть чьей промышленной собственностью становится это изобретение, если никто не обратился к изобретателю в течение оговоренных двух лет?

Закономерен и другой вопрос: если изобретатель и российской производитель не смогли договориться о цене лицензии, кто будет арбитром в этом случае?

И таких «если» набирается достаточно. Неопределенность применения данной статьи ведет к неоднозначным толкованиям возможных ситуаций. Поскольку изобретения, оформляемые на условиях п. 3 ст. 13 Патентного закона, могут оказаться очень дорогими объектами, хотелось бы, чтобы изобретатели, воспользовавшись нормой данной статьи, не пошли потом долгой дорогой по судебным инстанциям, доказывая свое право на изобретение и достойное вознаграждение.

Надежды на то, что описанную ситуацию изменит четвертая часть ГК РФ, отпали, как только документ вышел в свет. Норма п. 3 ст. 13 Закона нашла отражение в ст. 1366 четвертой части ГК. Однако в ней, кроме упомянутых неопределенностей, появились новые: изменилась еще и форма передачи права на патент. В Патентном законе между автором и лицензиатом заключался договор исключительного права (уступка патента), а в Кодексе производится его отчуждение.

В юриспруденции термин «отчуждение» означает силовое изъятие чего-либо (материальных ценностей) у его обладателя. Этот прием введен, очевидно, чтобы обеспечить первому производителю право использовать изобретение на его условиях, а не на условиях автора. Но изобретатель – не злостный неплательщик коммунальных платежей, и такие термины в патентном праве просто неуместны. Представим, что изобретение имеет ноу-хау. Ну, и как в этом случае будут отчуждать у автора это ноу-хау? В патентном законодательстве следует использовать устоявшиеся, проверенные временем нормы, в данном случае – исключительную лицензию.

Таким образом, внесенные в четвертую часть ГК изменения только ухудшили норму п. 3 ст. 13 Патентного закона. Чтобы исключить двусмысленности и неопределенности ст. 1366 ГК, необходимо расписать все процедуры защиты и использования подобных изобретений хотя бы в подзаконных документах.