Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

1001 сказочная история в стиле права интеллектуальной собственности

Сенников Н.Л. кандидат экономических наук, доцент по кафедре гражданского права (ВАК), профессор РАЕ, заведующий Правовым управлением Национальной библиотеки Республики Башкортостан им. «Ахмет-Заки Валиди»

Quaestio juris -
вопрос в правильности, законности дела[1]

В одном из провинциальных городов России, по традиции считающим себя культурным, промышленным и всяким др. центром цивилизации, в еженедельном рекламном издании появилось объявление примерно следующего содержания: «СОВРЕМЕННАЯ АВТОРСКАЯ ПРОГРАММА[2]! Шехерезада Павлиновна, обладающая не магией, не космоэнергетикой, не способностью к гаданию, а только на основе своих личных сверхспособностей к психопрограммированию и способностью к мгновенному внушению всему живому, помогает, ставит на ноги, вводит и выводит мысленные штативы на осанку, выравнивающие дефекты; устанавливает психологические корсеты на талию, др. целлюлитные места, одновременно осуществляющие подслойную подтяжку кожи, мышц, при удалении всего лишнего и грыж тоже; обучает организм быть утром без синдрома похмелья, как вновь рожденным; учит есть и не толстеть при одновременной возможности увеличения размеров бюста; создает по заявке любое событие в Вашей жизни, включая возвращение долгов, алиментов, корректировку характера избранника... - ВСЕ ЭТО ДОСТИГАЕТСЯ “ЧИСТО И КОНКРЕТНО”[3] МАЛО ИЗУЧЕННЫМИ НАУЧНЫМИ СПОСОБАМИ» (металлопатия)[4]. А подтверждает этот не совсем скромный набор чудес Шехерезады Павлиновны «Мандат» на Авторские права, выданный Некомерческой организацией по защите авторских прав[5].

Сомневающихся в научных «металлопатических» способностях Шехерезады Павлиновны дальше просим не читать, а для тех, кто заинтересовался и, наконец, услышал о возможности начала сбытия «своих мечт», гарантированных правом интеллектуальной собственности, продолжаем.

Чудеса объяснить невозможно, в них можно только верить - и поэтому о них говорить не стоит. Удивляет, каким образом и на основании чего эти чудеса явились объектом права интеллектуальной собственности, и как можно допустить потенциальную возможность получения охранного «Мандата» на защиту авторских прав Шехерезады Павлиновны от подобных автономных некомерческих организаций, осмеливающихся регистрировать аналогичные авторские права!?

Для ответа на эти вполне конкретные вопросы необходимо рассмотреть фактические действия и потенциальные возможности нарушения действующего гражданского законодательства и определить пробелы права, позоляющие признать подобные чудеса охраноспособными объектами права интеллектуальной собственности (недопустимые факты признания тех или иных якобы результатов интеллектуальной деятельности объектами права, в отношении которых не действуют способы правовой охраны, устанавливаемые режимами авторского, патентного, коммерческой тайны).[6]

Согласно ст.ст. 1225, 1259 ГКРФ чудеса Шехерезады Павлиновны не могут быть признаны объектами авторского права как результаты интеллектуальной творческой деятельности в области литературы, искусства, поскольку названные “чудеса” не являются объектами интеллектуальной собственности в этой области творчества. Они также не могут относиться к достижениям науки, поскольку, как указано в рекламе, еще мало изучены, т.е. еще не получили научного подтверждения и следовательно результатами научной творческой деятельности признаваться не могут.

Указанные выше чудесные способности не могут быть объектами промышленного технического творчества, т.к. по утверждению рекламного объявления они не подтверждаются патентами, следовательно, к изобретениям, полезным моделям, промышленным образцам их отнести нельзя (см. ст.ст. 1225, 1349 ГКРФ).

Чтобы развеять эти и сопутствующие им другие правовые сомнения по поводу того, к каким именно охраняемым результатам интеллектуальной творческой деятельности следует отнести сверхспособности целительницы, посещаем интернет-сайт Шехерезады Павлиновны и обнаруживаем интересующую нас информацию.

Согласно объявлению, размещенному на именном сайте Шехерезады Павлиновны и К°, выяснилось, что все заявленные чудеса яляются Авторским ноу-хау, представленным в виде информации об авторском результате интеллектуальной творческой деятельности (волшебницы, целительницы) на произведения науки и далее воплощаемые в действительности с помощью секретов магической деятельности и согласно статей 1225, 1259 ГКРФ, предусматривающих, во-первых, защиту авторским правом методичееских рекомендаций, описывающих действие и лечебно-целительно-волшебный эффект (см. главу 70 ГКРФ) и, во-вторых, обладающее правами на секреты творческой деятельности (права на секрет производства, см. главу 75 ГКРФ).

После прочитанного, конечно же, появляется невольное желание улыбнуться и посетовать на доверчивость граждан, прибегающих за помощью к подобными чудесам, а также на несовершенство законодательства, разрешающего осуществление подобного рода деятельность.

Так ли это и действительно ли существуют пробелы в праве интеллектуальной собственности, способствующие появлению подобных ситуаций, позволяющие подобные противоправные действия мнимых субъектов права?

Прежде всего необходимо выяснить и уличить «волшебницу» и Некоммерческую организацию, выдавшую ей «мандат», в том, как и на каком основании “мало изученный творческий результат лечебно-целительно-волшебной деятельности” может быть причислен к охраняемым результатам авторского права и далее секретам производственной деятельности (ноу-хау)?

Для этого, прежде всего, определим, являются ли названные чудеса объектами авторского права, а также как следует понимать, определять «информацию» в гражданском праве.

1) Согласно ст.1259 ГКРФ: “1. Объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинства и назначения произведения, а также от способа его выражения:..”. Получается, что по закону “методические рекомендации”, описывающие действие магических сеансов Шехерезады Павлиновны, действительно являются объектами авторского права.

С этим нельзя согласиться, поскольку в этом случае допустимо предположить, что на защиту авторским правом будут претендовать и многочисленные современные авторы настенных надписей сомнительного для слуха и цензуры содержания. Получится, что они являются также носителями весьма относительных культурных ценностей, а это допустить никак нельзя.

Следовательно, необходимо ввести ограничительное условие на признание объектов авторского права и добавить в содержание ст.1259 ГКРФ новый подпункт: “6. Не являются объектами авторских прав:..5) иные объекты, противоречащие общественным интересам, принципам гуманности и морали”.

2) Понятие информации в Гражданском кодексе РФ в действующей редакции закона вообще не раскрывается.

В прежнем содержании Гражданского кодекса РФ (до принятия 4 части ГКРФ) упоминание об «информации» было в ст.128: «К объектам гражданских прав относятся...; информация; результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность);...» и в отмененной ст.139 «Служебная и коммерческая тайна»: «1. Информация составляет служебную или коммерческую тайну в случае, когда информация имеет действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности ее третьим лицам, к ней нет свободного доступа на законном основании и обладатель информации принимает меры к охране ее конфиденциальности. Сведения, которые не могут составлять служебную или коммерческую тайну, определяются законом и иными правовыми актами».

Согласно ранее действующих редакций ст.128 ГКРФ и первой части приведенной цитаты отмененной ст.139 ГКРФ определяется, что информация может признаваться объектом гражданского права. если она может быть юридически определена в каком-либо объективном виде и ее неизвестность третьим лицам достигается мерами к охране ее конфиденциальности.

Вторая часть пункта 1 отмененной ст.139 ГКРФ предполагала идентичность понятий «информация» и «сведения» (Сведения, которые не могут составлять служебную или коммерческую тайну или информацию составляющую служебную, коммерческую тайну, определяются законом и иными правовыми актами), а в действующей ст.1465 ГКРФ «Секрет производства (ноу-хау)» понятие “информация” заменяется на “сведения любого характера” и эти сведения фактически определяются объектом гражданского права. Возможно ли подобная тождественность?

Во многих юридических словарях, комментирующих содержание указанных терминов, понятий, после отмены ст.139 ГКРФ и внесения соответствующих изменений в содержание Гражданского кодекса РФ после принятии 4 части ГКРФ эти юридические определения вообще потеряли правовую основу.

Необходимость определения данных юридических терминов, понятий в гражданском праве очевидна прежде всего потому, что в информационно-интеллектуальных предпринимательских отношениях юридическая конкретика и правое содержание определения «информация» является одним из условий, обеспечивающих реализацию юридического механизма защиты прав авторов, правообладателей.

Для разъяснения истинного смысла “информации” как объекта гражданско-правовых отношений следует прежде всего уяснить правильность толкования, терминологии слова в русском языке.

В энциклопедических словарях и словарях русского языка «информация» определяется как некие сведения об окружающем мире и протекающих в нем процессах, воспринимаемых человеком, измеряемых с помощью чувств или специальных устройств.[7]

Толкование содержания слова «сведение», непосредственно связанного по смыслу с “информацией”, предполагает определение новых знаний, познание в какой-нибудь области.[8]

Анализируя, определяем, что «информация» вмещает в себя по смыслу определенные «сведения» и соответственно применение слов информация и сведения взаимосвязаны и употреблять их в качестве юридического инструмента необходимо в следующем виде: «информационные сведения».

Природа «информационных сведений» определяет их в качестве объекта интеллектуальной собственности в гражданском праве. Именно поэтому необходимо расширить перечень охраняемых результатов интеллектуальной творческой деятельности и дополнить п.12 ч.1 ст.1225 ГКРФ: «12) секреты производства (ноу-хау) - объективная информация, в отношении которой может быть установлен правовой режим авторского права, правовой режим интеллектуальной промышленной собственности, режим коммерческой тайны».

Важно отметить, что содержание информации определяется полученными, собранными конфиденциальными сведениями, в отношении которых применимы согласованные законом правовые режимы авторского права и/или правовой режим интеллектуальной промышленной собственности и/или договорной режим коммерческой тайны; их пределы и способы осуществления определяются заинтересованными сторонами индивидуально договором.

Следовательно, содержание ст.1465 ГКРФ «Секрет производства» необходимо дополнить: «Секретом производства (ноу-хау) признаются конфиденциальные информационные сведения, являющиеся объективным результатом интеллектуальной творческой деятельности, в отношении которых могут устанавливаться режимы авторского права и/или права интеллектуальной промышленной собственности и/или коммерческой тайны, в силу неизвестности их третьим лицам на основании закона и/или договора».

Кроме этого, если даже допустить, что эти интеллектуальные творческие результаты все-таки могут признаваться объектом интеллектуальной собственности в виде секретов производства (ноу-хау), то на каком основании полномочия признания исключительных имущественных прав передаются местными органами государственной власти подобным юридическим лицам (в данном случае некоммерческой организации)[9]?

Нормы гражданского права в области регулирования отношений интеллектуальной собственности должны обладать конкретикой предмета правового регулирования и нормативной ясностью по поводу объекта, субъектов, содержания регулируемых общественных отношений и иметь соответствующие комментарии законодательства, правоприменительные программы охраны, защиты прав интеллектуальной собственности в гражданском обороте.

Именно поэтому предлагаемые изменения содержания статей 1225, 1465 ГКРФ позволят определить объективное юридическое содержание термина “информация”; обеспечат ее включение в гражданский оборот; восполнить пробел Гражданского кодекса РФ, исключившего из содержания ст.128 «Виды объектов гражданских прав» и отмененной ст.139 «Служебная и коммерческая тайна» упоминание об “информации” как объекте гражданских прав; обеспечат всемерную реализацию прав авторов, законных правообладателей, коммерциализующих объективные результаты интеллектуальной творческой деятельности; предотвратят возможности злоупотребления правом в аналогичных отношениях гражданского оборота секретов производства (ноу-хау).


[1] См. Сомов В.П. По-латыни между прочим. - М.: Юристъ, 1977. - С.324.
[2] Подобные заголовки приходится встречать и в столичных рекламных изданиях/ прим. автора.
[3] Слова «чисто и конкретно» добавлены автором для более «точного» определения существа дела.
[4] Почти классика в современном изложении Ильфа И. и Петрова Е.“12 Стульев” и Булгакова М.“Собачье сердце”.
[5] Заинтересованным лицам автор укажет ссылку на публикацию с интернет - адресом Шехерезады Павлиновны.
[6] Назвать их творческими допустимо только в случае признания криминального таланта.
[7] Например, см. Ожегов С.И.Словарь русского языка. - М.: Русский язык, 1990. - С.253., др.
[8] См. там-же. – С.698.
[9] Имеются и другие свидетельства об аналогичных нарушениях прав интеллектуальной собственности.