Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 



Возможно ли патентование сигналов, излучений, полей?

Джермакян Валерий Юрьевич

В.Ю.Джермакян - главный эксперт юридического отдела ООО «Юридическая фирма «Городисский и партнеры», канд. техн. наук.

Автор выражает благодарность главному государственному патентному эксперту ФИПС, канд. юрид. наук О.В.Ревинскому, с которым в 2005 г., будучи заместителем директора ФИПС, анализировал поднятые проблемы на примерах заявок, рассматриваемых в отделе электрорадиотехники института как непосредственно О.В.Ревинским, так и другими экспертами.

Возможность патентования таких объектов, как радио-, теле-, видеосигналы, электромагнитные и иные поля, электрические заряды, разные виды излучений, свет, звук и т.п. объекты, предлагаю проследить путем постановки вопросов и задач, последовательное решение которых должно привести каждое патентное ведомство к принятию самостоятельного решения о формах предоставления патентной охраны указанным объектам. За базовый объект обсуждения примем радио-, теле- или видеосигнал (далее – сигнал).

Главный вопрос: с какой позиции оценивать патентоспособность сигнала и как регулировать правоотношения, если патент будет выдан на сигнал как таковой? Чтобы на него ответить, для начала следует получить ответ на некоторые другие вопросы.

Являются ли радио-, теле- и видеосигналы или электромагнитное поле материальным объектом? Являются. В природе все, кроме духовного, материально.

Является ли искусственно созданный сигнал или электромагнитное поле техническим решением? Является, так как отвечает критериям технического решения, под которым понимается «практически осуществимое предложение по преобразованию предметной среды, обеспечивающее создание средства, способного удовлетворить общественную потребность»*.

* Такая формулировка технического решения была предложена в научно-исследовательских работах отдела методологии ВНИИГПЭ лет 20 назад.

Можно ли по действующим правилам патентной экспертизы определить такие условия патентоспособности, как «новизна» и «изобретательский уровень» сигнала? Можно, так как сигнал характеризуется технически доступными измерениям параметрами, представляющими собой характеристику его существенных признаков.

Можно ли по действующим правилам патентной экспертизы определить такое условие патентоспособности, как «промышленная применимость» сигнала? Положительный ответ очевиден и не требует комментария.

Можно ли сигнал рассматривать как объект-продукт в контексте изобретений, охраняемых в соответствии с п. 1 ст. 4 Патентного закона Российской Федерации? Маловероятно, и об этом далее.

Под продуктом в контексте Патентного закона понимается объект, характеризуемый статически определимыми признаками. В этом отличие объекта «продукт» от объекта «способ», признаки которого всегда характеризуют данный объект в динамике. Тем не менее, под понятием «продукт» можно понимать любой результат деятельности человека, но, как будет показано далее, этот как бы «желанный» ответ все равно не выведет нас на однозначно правильное решение. Нельзя забывать, что Патентным законом РФ (ст. 1) «регулируются отношения, возникающие в связи с правовой охраной и использованием изобретений, полезных моделей и промышленных образцов».

Решая вопрос о том, в какой форме (с какой формулой изобретения) лучше патентовать сигнал (как таковой или иначе), нельзя не учитывать вышеуказанное основополагающее положение Патентного закона. Тем не менее, ответы на поставленные вопросы вроде бы дают основания не сомневаться в том, что сигнал как таковой подлежит патентной охране.

Так ли это, и достаточно ли данных условий в их упрощенном толковании, чтобы закрыть обсуждение проблемы?

Вспомним одну литературную историю. Однажды Ходжа Насреддин остановился около духана, из открытого окна которого шел соблазнительный запах плова, достал сухую лепешку и поднес к окну. Когда лепешка пропиталась запахом плова, Ходжа съел ее с большим удовольствием. И тут выбежал духанщик и потребовал деньги, так как посчитал, что Ходжа съел лепешку с запахом его плова. Ходжа, не долго думая, достал мелкие монеты, зажал их между ладонями и потряс монетами у уха духанщика, который очень обрадовался и сказал: «Давай теперь деньги!». На что Ходжа ответил: «Я нюхал запах твоего плова, но не ел его, а ты слышал звон моих монет, но их не получишь».

Я рассказал эту историю потому, что, решая вопрос об охране сигналов или различных полей, нельзя не учитывать и не просчитывать все правовые последствия, которые возникнут при выдаче таких патентов, и Патентный закон должен предусматривать разрешение коллизий, которые могут возникнуть при таком нетрадиционном патентовании. Выпуская джина из бутылки, надо знать или хотя бы представлять, как его запихнуть при необходимости обратно.

А теперь, исходя из положений ст. 10 Патентного закона РФ, поставим проблемные вопросы, которые необходимо решить в случае возможной выдачи патента на сигнал как таковой, то есть сигнал, охарактеризованный в независимом пункте формулы изобретения только его параметрами и свойствами.

Чтобы автоматически не попасть в число нарушителей такого патента, необходимо ли установить, какие действия с сигналом будут считаться нарушением прав: его прием, непроизвольный прием, нахождение с приемником в зоне его действия и т.п.?

Будет ли рассматриваться как нарушение суверенитета государства несанкционированное прохождение сигнала (поля, излучения) через его территориальное и воздушное пространство?

Какой продукт будет считаться контрафактным и при каких условиях, и кто – субъектом контрафакции данного продукта?

Через какую таможню должен оформляться ввоз сигнала, в каком количестве и как?

Будет ли прохождение сигнала или его прием на территории государства рассматриваться как исчерпание прав патентообладателя, если с радиостанции патентообладателя или с его разрешения осуществляется передача сигнала?

Будет ли считаться нарушением прав патентообладателя несанкционированный прием сигнала различными пользователями на территории действия патента без разрешения патентообладателя?

Будет ли государство в целом считаться нарушителем патента на сигнал, если сигнал без ведома и разрешения компетентных государственных органов, образно говоря, «влетел» в его воздушное пространство?

Не похожа ли эта ситуация на поговорку: «Без меня меня женили»?

Как в судебном порядке устанавливать объем разрешенного использования запатентованного сигнала в случае установления права преждепользования или послепользования на такое изобретение? По времени транслирования сигнала, по количеству приемо-передающих устройств или нужно учитывать что-то еще?

Будет ли глушение (создание помех) запатентованного сигнала, например, в целях обороны, рассматриваться как умышленная порча запатентованного на территории данного государства сигнала, если последний рассматривать как продукт?

Можно ли в отношении сигнала как такового (электромагнитного поля и т.п.) говорить в контексте таких узаконенных правонарушений в отношении традиционных продуктов, как ввоз, хранение сигнала с целью продажи, продажа непосредственно самого сигнала и т.п.?

Может ли быть объектом купли-продажи именно сигнал (не путать с приобретением прав на его передачу и прием)? Очевидно, что можно продать (купить) право на прием-передачу сигнала, но как продать только сигнал? А как продать электромагнитное поле, и можно ли его продать без объекта, создающего это поле или сигнал?

Не напоминает ли приведенная ситуация случай с Ходжой Насреддином? Запах плова или плов? Что первично, а что вторично? Что причина, а что следствие? Сигнал или носитель сигнала? Электромагнитное поле или электромагнит?

Пока ответ зреет, пойдем дальше.

Как быть с принципом предоставления косвенной охраны сигналу при осуществлении запатентованного способа?

Будет ли косвенная охрана распространяться на сигнал как таковой, если сигнал относить к классическому продукту (новому или старому)? Если сигнал является продуктом в контексте Патентного закона РФ, то должна действовать и его косвенная охрана.

Хватит вопросов?

Бытует мнение, что отсутствие охраны сигнала как такового не обеспечивает защиты от его неправомерного использования при передаче каким-либо способом. Утверждение весьма спорное, так как только во время формирования и транслирования сигнала можно определить его характеристики.

В статике сигнал как материальный объект не существует. Правонарушающим действием является несанкционированная передача сигнала, во время которой формируются, проявляются и идентифицируются материальные признаки (параметры) сигнала.

Правонарушение, исходя из норм ст. 10 Патентного закона РФ, может быть установлено в отношении устройства, представляющего собой материальный и статически определимый носитель, в процессе работы которого формируется необходимый сигнал. Достаточно широким по объему прав может быть патент на носитель записи сигнала, охарактеризованный параметрами (свойствами) сигнала, которые носитель должен с помощью соответствующих систем формировать. Носитель записи как отдельный признак будет во многих случаях известным, но в совокупности с другими существенными признаками сигнала такой объект становится патентоспособным продуктом, осязаемым в статическом состоянии. Его можно арестовать, проверить на выполняемые функции, хранить на складе и т.п.

Введение в формулу изобретения понятия «носитель записи» должно преследовать только одну цель: создать осязаемость такого продукта еще до проявления функций записанного на носителе сигнала. Такая формула изобретения позволяет применять все действующие нормы патентного права по установлению факта использования запатентованного изобретения.

Сделаем небольшой перерыв в обсуждении проблем по сигналам и подкинем, как говорится, «дохлую кошку» относительно возможности патентования по аналогии с сигналами таких объектов, как запахи парфюмерных или пищевых продуктов. Что будут делать коллеги из Укрпатента, если посыпятся заявки на запахи как таковые и другие подобные «продукты»? Смею вас уверить, что коллеги из российского ФИПС также ответят в разнобой. Однако вернемся к сигналам.

Поднятую проблему нужно решать комплексно и так, чтобы была обеспечена возможность регулирования всех правоотношений, возникающих в связи с такой охраной и использованием изобретения, относящегося к сигналу и подобным ему техническим решениям.

Теперь рассмотрим пример по патенту США № 5696505, который иногда упоминается в контексте подтверждения факта получения патента на сигнал как таковой. Увы, дословное прочтение его формулы свидетельствует об обратном. Объектом по п. 25 формулы изобретения является не сигнал как таковой, а «кодированный сигнал, модулированный и сохраненный на носителе записи».

П. 25 патента США № 5696505

«25. Кодированный сигнал, модулированный и сохраненный на носителе записи и представляющий серии информационных слов для последовательного считывания, демодуляции и декодирования с целью воспроизведения представляемых серий информационных слов, причем указанный кодированный сигнал содержит последовательность из q-последовательных информационных частей сигнала, которые представляют q-информационных слов, где q является целым числом, при этом в указанном сигнале каждая из информационных частей сигнала представляет одно из информационных слов и содержит n-битовых ячеек, при этом каждая битовая ячейка имеет первый и второй сигнальный приоритет, и каждая информационная часть сигнала принадлежит одной из множества заданных групп информационных частей сигнала, при этом каждая информационная часть сигнала, принадлежащая первой из указанных групп информационных частей сигнала, уникально задает информационное слово вне зависимости от групп информационных частей сигнала, смежных с указанной каждой информационной частью сигнала, принадлежащей указанной первой группе, и каждая информационная часть сигнала, принадлежащая второй из указанных групп информационных частей сигнала, уникально задает информационное слово в зависимости от значения по меньшей мере одной битовой ячейки в информационной части сигнала, смежной с указанной каждой информационной частью сигнала, принадлежащей указанной второй группе».

Многие упускают из вида наличие в формуле изобретения такого признака, как носитель записи, и указание в формуле на то, что сигнал модулирован и записан на носителе записи, хотя очевидно, что сигнал проявит свою функцию только в динамике.

Даже в описании данного патента, выданного на группу изобретений, в качестве рассматриваемого объекта изобретения указан не сигнал как таковой, а сигнал как носитель записи. Чувствуете разницу? Американцы тоже не кидаются в крайности.

Что касается вопроса о том, как назвать объект – «носитель с модулированным и записанным сигналом» или «сигнал, модулированный и записанный на носителе», – на мой взгляд, это дело вкуса, а точнее, экспертных традиций того или иного патентного ведомства. Объем прав от этого не изменится (действует арифметическое правило: от перестановки слагаемых сумма не меняется), а главное – в обоих случаях появляется статически определимый объект-носитель, выполняющий во время работы совместно с соответствующей аппаратурой заданную функцию – формирование ранее модулированного и записанного сигнала.

Читателям рекомендую также проанализировать следующие «свеженькие» патенты и опубликованные заявки США*, в которых в формулах изобретения, касающихся кодированных сигналов для управления работой компьютеров, так или иначе присутствует такой признак, как носитель сигнала:
   патент № 6131096, публ.10 октября 2000 г. (п. 15);
   патент № 6763001, публ. 13 июля 2004 г. (п. 5);
   заявка № 2004/0105585, публ. 3 июня 2004 г. (п. 26);
   заявка № 2002/0106130, публ. 8 августа 2002 г. (п. 26);
   заявка № 2004/0174373, публ. 9 сентября 2004 г. (п. 9, 10);
   заявка № 2005/0165639, публ. 28 июля 2005 г. (п. 19).

* Все приведенные источники информации также любезно предоставлены О.В.Ревинским.

Однако нельзя упускать из вида и такие патенты, в формулах изобретения которых носитель сигнала явно не указан, например, патент № 6894974, публ. 17 мая 2005 г. (п. 10), из которого, тем не менее, следует, что объектом патентования является не сигнал как таковой, а читаемый компьютером сигнал.

Я лишь сформулировал проблемы, которые нельзя не учитывать при выборе формы патентования сигналов и им подобных объектов. Не спешите делать выводы. Поставленные вопросы требуют качественного анализа, и только системный подход к патентному законодательству, понимание его сущности и предназначения позволят найти оптимальные решения.

Принимая решение относительно сигналов, подумайте также, можно ли патентовать искусственно созданный запах как таковой (парфюмеры будут рады?) или пламя ночной свечи, создающей при горении язык пламени определенной конфигурации? Очевидно одно – решения должны отражать баланс интересов заявителя и третьих лиц при появлении на рынке запатентованных сигналов, запахов и им подобных объектов.