Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Роялти: правовые нормы

Канд. хим. наук Г.М.Зарубинский - ведущий научный сотрудник лаборатории патентно-информационных исследований Института высокомолекулярных соединений РАН.

Понятие «лицензионный договор» неразрывно связано с термином «роялти», который относится к периодическим платежам лицензиата лицензиару за право пользования предметом лицензионного соглашения в течение времени действия договора.

Термин «роялти» связывают с английским «royalty». Так называлась плата, взимавшаяся королем Англии за дарованное подданому право на земельную собственность или за право разработки недр. Промышленник, получивший от короля разрешение добывать уголь, должен был отчислять в пользу короны часть прибыли – роялти – королевскую долю. Сегодня термин «роялти» также используется в нашей стране и для обозначения платы за право пользования полезными ископаемыми.

Известно, что право использования запатентованной технологии передается по лицензионному договору за плату. Однако до сих пор нет единой общепринятой методики определения цены лицензии. Существует, по крайней мере, шесть подходов к определению цены лицензии.

1. По размеру суммарных затрат на создание объекта лицензии. Очевидно, что этот показатель отражает только себестоимость, но не цену объекта. Кроме того, расчет затрат во многих случаях может быть произведен приблизительно, поскольку невозможно систематически учитывать затраты на стадии длительных фундаментальных исследований, ведущихся по различным направлениям, когда неизвестно, какое из них окажется перспективным при создании технологии.

2. По аналогии с ценами близких по качеству и достигаемому эффекту объектов с учетом изменения потребительских свойств у продукции, производимой по лицензии. Однако такой расчет может быть реализован только при наличии развитого рынка аналогичных предложений и затруднен для принципиально новых объектов и при отсутствии рынка лицензий.

3. На основании заключения специализированной оценочной организации, обладающей правом осуществлять такие расчеты. Например, это могут быть судебные эксперты или учреждения, имеющие лицензию на профессиональное проведение оценки стоимости объектов интеллектуальной собственности.

4. По размерам затрат на научные исследования, необходимые для независимого создания аналогичных объектов.

5. По величине предполагаемой прибыли, когда роялти равны 25 – 30% от ожидаемой прибыли. Трудности, возникающие при этом практически непреодолимы, поскольку предлагается определить фактическую прибыль нереализованного объекта лицензии. Такой подход приемлем при продаже сублицензии или повторных неисключительных лицензий или сублицензий.

6. По рыночной стоимости или по договоренности продавца с покупателем, то есть по суммарным затратам на приобретение лицензии. Этот подход подтвержден нормами федерального закона «О бухгалтерском учете» от 21 ноября 1996 г. № 123. В соответствии с этим Законом оценка изобретений и промышленных образцов производится по их стоимости, если они созданы в организации, или по рыночной цене (то есть по фактически произведенным затратам на их покупку), если они приобретены за плату или получены безвозмездно.

Уступка своих прав по лицензионному договору за цену, которая во много раз ниже мировых цен, – беда наших патентообладателей и авторов. Такое положение определено политикой государства, уменьшившего финансирование научных исследований в десятки раз и до сих пор не утвердившего льготы для разработчиков и производителей высоких технологий. Низкий уровень финансирования научных исследований и разработок не позволяет во многих случаях получить патенты Российской Федерации. А мечтать о зарубежных патентах, без которых невозможно продать лицензию в промышленно развитые страны, и вовсе бесполезно. В настоящее время Россия практически не представлена на международном рынке лицензий, относящихся к таким технологиям. Неужели под защитой авторских прав на интеллектуальную собственность наше правительство подразумевает только борьбу с пиратским копированием видеопродукции?!

Неравнозначность и большое число факторов, определяющих стоимость лицензии, настолько велико, что делает непригодным использование каких-либо упрощенных, формализованных методов определения цены объекта. В литературе неоднократно отмечалось, что различного рода формулы, предлагаемые для расчета стоимости лицензии «профессионалами вообще не применяются»[1].

Размер платежей, несомненно, определяется экономическим или иным эффектом, ожидаемым от использования лицензии.

Сами платежи по форме можно разделить на несколько основных типов:
   одноразовая оплата или паушальный платеж;
   периодические платежи или роялти;
   сочетание паушального платежа с роялти (встречается наиболее часто).

С экономической точки зрения роялти – фиксированная по своей величине выплата. Спецификой роялти обычно является указание их величины не в абсолютных суммах (рублях, долларах или евро), а в процентах от стоимости произведенной за отчетный период продукции или от прибыли. Таким образом, величина роялти непостоянна. Это существенно отличает лицензионные платежи от платежей за экспортируемые природные ресурсы, величина которых зафиксирована в договоре.

Величина роялти может определяться в расчете на единицу выпускаемой продукции, устанавливаться в процентах от объема производства, суммарной стоимости продаж продукции по лицензии или от валовой прибыли. Лучше всего контролируемым, вызывающим наименьшие разногласия и поэтому наиболее распространенным является исчисление роялти в процентах от величины суммарных продаж произведенной продукции. К тому же объем продаж и стоимость продукции – открыто публикуемые фирменные данные.

Выплата роялти должна производиться в точно определенные в лицензионном договоре сроки – по истечении отчетного периода: календарного года, полугодия, квартала, ежемесячно, после продажи определенного количества продукции. При задержке выплаты предусматриваются пени. Как правило, выплата роялти начинается с момента промышленного освоения лицензии – через 6 – 18 месяцев после подписания лицензионного договора, но не ранее даты его государственной регистрации, если это предусмотрено законодательством. При этом «в соответствии с Правилами рассмотрения и регистрации договоров уступки патента и лицензионных договоров…изменения, вносимые в действующий лицензионный договор и касающиеся платежей, не входят в перечень изменений, подлежащих обязательной регистрации. Указанные изменения действительны без регистрации и приобщаются к материалам договора для сведения»[2].

В литературе определяют величину роялти как «разумную» или «справедливую». Очевидно, что таковой она должна быть для обеих сторон сделки. Роялти должны не только оправдать затраты лицензиата и принести ему прибыль, но и принести доход лицензиару, необходимый для проведения дальнейших исследований, частично компенсирующий расходы на научные исследования по созданию объекта лицензии и подготовку лицензионной документации, а в фармацевтической промышленности – и на проведение исследований, необходимых для создания и регистрации новых лекарственных препаратов.

В Интернете можно найти усредненные отраслевые значения роялти, полученные на основе анализа мировой практики заключения лицензионных договоров. Стандартные значения роялти изменяются в интервале 0,2 – 15 % от суммарных объемов продаж. Они зависят от отрасли промышленности, вида лицензий, срока действия договора, объема рынка, уровня конкуренции и многих других факторов.

Следует отметить, что Роспатент регулярно публикует на своем сайте результаты статистического анализа прошедших государственную регистрацию лицензионных договоров, однако по неясным причинам расчеты стандартных значений отраслевых роялти, указания территории и реальных сроков действия зарегистрированных договоров не приводятся.

Как правило, в Интернете приводятся стандартные значения роялти в процентах от суммарного объема продаж продукции по лицензии (табл.). Конечно, на практике выбор роялти из таких таблиц без какого-либо дополнительного обоснования может быть только произвольным и субъективным. Лицензиару, несомненно, окажутся по душе максимальные величины стандартных роялти, а лицензиат постарается их уменьшить. Но еще большие затруднения возникнут, если данных по интересующей отрасли не окажется.

Таблица

Стандартные значения роялти в процентах от суммарного объема продаж продукции по лицензии

Отрасль промышленности О.В.Новосельцев Г.Г.Азгальдов и др. Ю.А.Кныш Н.В.Лынник
Электронная 4-10 4-10 4-10 0,5-5
Электротехническая 1-5 4-7 1-5 0,5-5
Фармацевтика 2-7 2-5 2-7 2-10
Самолетостроение 6-10 6-10 6-10  
Автомобилестроение 1-3 1-3    
Потребительские товары 0,2-1,5      
Металлургия 5-8      
Инструментальная   3-8 0,5-10  
Машиностроение   4-5 0,5-10  
Станкостроение   4,7-7,5    
Текстильная   3-6    
Химическая   3-5 1-5 2-5
Медицина   4-8    
Пищевая   4    

Величина роялти зависит от многих факторов[3]. Прежде всего – от объема передаваемых прав. Роялти увеличиваются в ряду: беспатентная лицензия (на ноу-хау), неисключительная лицензия, исключительная лицензия. Они также увеличиваются при расширении территории действия договора. Роялти, как правило, уменьшаются при многотоннажном производстве и большом рынке сбыта продукции по лицензии. Лицензия на промышленно освоенную технологию, несомненно, будет дороже, чем на лабораторный регламент или просто на идею. Цена также зависит от наличия конкурентов.

Нельзя рассчитывать на большие роялти при таком специфическом рынке, как современное научное приборостроение или для принципиально новой продукции, когда кроме налаживания производства необходимо вложение значительных средств и длительное время на создание нового рынка. Наша практика показала, что в последнем случае лицензиар может рассчитывать только на минимальные лицензионные платежи.

Если роялти невелики, в договоре целесообразно указать, что оплату пошлин за поддержание в силе патентов по лицензии берет на себя лицензиат. Можно предусмотреть, чтобы роялти состояли из двух частей. Первая – на оплату пошлин, возрастающая по мере увеличения их размера; вторая – постоянный по величине платеж. В лицензионном договоре желательно учесть влияние инфляции, возможность девальвации, ревальвации, а также изменение величин налогов и пошлин, которые могут повышаться в период действия договора. На величину лицензионных платежей может влиять объем передаваемых нормативно-технических документов, тем более, что многие из них обязательны при получении разрешения на производство, и практическое применение продукции по лицензии.

Множество факторов, определяющих стоимость лицензии, не позволяет разработать единую методику для теоретического расчета цены инновации. Искусство определения цены лицензиаром состоит в том, чтобы интуитивно определить максимальную цену, которую согласен уплатить лицензиат.

Общепризнано, что абсолютно справедливого метода расчета стоимости лицензии, который могли бы использовать патентное ведомство, суд или профессиональные оценщики интеллектуальной собственности, нет. Однако известны методики, позволяющие дать справедливую (хотя бы для патентообладателя, чьи права были нарушены) оценку компенсаций.

Хочется остановиться на такой важной категории роялти, как минимальный лицензионный платеж. В отечественных нормативных актах: федеральных законах, ведомственных актах, типовых формах договоров такой вид роялти не упоминается, а в мировой практике он общепризнан и широко употребляется. Это означает, что лицензиат обязуется вне зависимости от реального минимального объема производства и сбыта (и даже при их полном отсутствии) выплачивать в установленные договором сроки роялти, величина которых не может быть меньше, чем определенная договором сумма минимального лицензионного платежа[4].

Данный вид роялти стимулирует лицензиата к оперативному налаживанию промышленного производства и скорейшему освоению рынка. Как правило, по исключительному лицензионному договору лицензиат не только получает право использовать запатентованную технологию, но и берет на себя обязательство наладить промышленное производство, провести активный маркетинг и полностью удовлетворить имеющийся спрос на продукцию по лицензии.

Низший уровень такого промышленного производства определен величиной минимального лицензионного платежа. Договор на передачу исключительного права может предусматривать при невозможности или нежелании лицензиата удовлетворить имеющийся спрос на продукцию по лицензии автоматическое изменение статуса на договор неисключительного права. Хотя нужно отметить, что существующие нормативные акты Роспатента не предусматривают процедуру такого изменения.

Ряд важных для лицензиара – некоммерческого бюджетного научно-исследовательского института – правовых проблем связан с банковским и налоговым законодательствами, регулирующими порядок доступа учреждения к своим честно заработанным лицензионным платежам. Мало создать высокую технологию, защитить ее патентами, найти покупателя лицензии, согласного вложить деньги в ее промышленную реализацию. Нужно еще доказать государственным органам свое право на получение лицензионных платежей и защитить их от неправомерных налогов.

К сожалению, эти проблемы практически не регулируются действующим патентным законодательством. Каждому приходится самостоятельно находить возможное правовое решение.

Последние 10 лет в России характеризуются практически непрерывным и зачастую непредсказуемым изменением законодательства. А серьезный лицензионный договор заключается на длительный срок. В момент заключения договора невозможно предсказать, какие законодательные акты в течение срока его действия будут изменены, прекратят свое действие или вступят в силу. Работники недавно возникших банков и региональных налоговых служб практически не имеют представления о патентном законодательстве и рассматривают продажу интеллектуальной собственности с тех же правовых позиций, как и распродажу сырьевых ресурсов. Тем более, что научных институтов, продающих лицензии за рубеж, в России считанные единицы.

Вот одна из проблем, с которой обязательно столкнется отечественный лицензиар (резидент) – продавец лицензии иностранной фирме при получении лицензионных платежей в валюте. В соответствии с п. 8 ст. 1 федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле» операции с иностранной валютой подразделяются на текущие валютные операции и валютные операции, связанные с движением капитала. Лицензионные платежи (за результат интеллектуальной деятельности) в соответствии с этим Законом могут быть отнесены к «текущим валютным операциям» и упоминаемым в подпункте а) п. 9 ст. 1 «переводам в Российскую Федерацию и из Российской Федерации иностранной валюты для осуществления расчетов без отсрочки платежа по экспорту и импорту товаров (работ, услуг, результатов интеллектуальной деятельности)». Но их также можно отнести к «валютным операциям, связанным с движением капитала» при условии упоминаемого в подпункте г) п. 10 ст. 1 того же Закона «предоставления и получения отсрочки платежа на срок более 90 дней по экспорту и импорту товаров (работ, услуг, результатов интеллектуальной деятельности)».

Разница между двумя операциями с иностранной валютой в том, что «текущие валютные операции» осуществляются свободно, а на «валютные операции, связанные с движением капитала», необходимо разрешение ЦБ РФ на отсрочку платежа на срок более 90 дней. Для получения разрешения требуется оформить комплект документов. А ЦБ РФ может не выдать разрешение, а направить лицензиара в региональное управление по валютному контролю.

Анализ валютного законодательства показывает, что законодатель использует при обозначении одних и тех же понятий иную терминологию, чем в гражданском праве. Так, в ст. 1 вышеупомянутого Закона, где разъясняются основные понятия, нет определения понятия «результаты интеллектуальной деятельности», хотя далее оно используется вместо известного в частном праве понятия «интеллектуальная собственность» или «промышленная собственность». Можно утверждать, что понятие «результаты интеллектуальной деятельности» является более общим и включает в себя понятия «работа» и «услуги».

Не разъясняется также такое ключевое понятие, как «отсрочка платежа». В Интернете и юридических словарях этому понятию можно найти определение: «Особый способ погашения задолженности, при котором ее внесение в полной сумме переносится на срок более поздний, чем это предусмотрено договором».

Вместо понятий «лицензия» и «лицензионный договор» используются «услуга» и «контракт». Между тем, понятия «договор» и «контракт», с нашей точки зрения, не идентичны. Договор предполагает равенство участников регулируемых отношений и свободу договора как по форме, так и по содержанию. Контракт подразумевает диктат своих условий одной из сторон соглашения второй стороне. Свобода воли второй стороны состоит в выборе: подписывать контракт или нет.

К чему же относится лицензионный платеж – инвалютные роялти?

Вернемся к ранее сформулированному понятию «роялти», как к регулярно выплачиваемому платежу за право промышленного использования передаваемого по лицензионному договору технического решения. В лицензионном договоре, как правило, должна содержаться норма, которая предусматривает обязанность лицензиата выплачивать лицензиару роялти в сроки, не превышающие двух – четырех недель после завершения отчетного периода. Это оплата – основная гарантия получения лицензиатом разрешения от лицензиара на использование исключительных или неисключительных прав из лицензионного договора в течение последующего отчетного периода. В случае, если оплата не производится в указанные в договоре сроки, лицензиат теряет право на дальнейшее использование технологии по лицензии, то есть на производство и продажу продукции. Эта норма подтверждает, что по своей природе роялти являются также и авансовым платежом, который должен выплачиваться в сроки, установленные договором, то есть без отсрочки платежа на 90 дней.

Таким образом, роялти, выплачиваемые в установленные договором сроки в полном соответствии с подпунктом а) п. 9 ст. 1 Закона о валютном регулировании и валютном контроле, являются текущей валютной операцией, осуществляемой резидентами без ограничений (п. 1 ст. 6 указанного Закона), что подтверждено Письмом ЦБ РФ от 1 февраля 1996 г. № 12-1-0-3/6369.

Получение роялти в сроки, указанные в лицензионном договоре, является правом лицензиара и обязанностью лицензиата. При этом в договоре может содержаться норма, предусматривающая порядок получения согласия лицензиара на отсрочку очередных текущих роялти. Прежде всего, должно быть письменное обоснование просьбы об отсрочке с гарантией, что оплата будет произведена в согласованные сроки с уплатой пени. Такая возможность предусмотрена ст. 395 ГК РФ. Поэтому такая отсрочка не может служить основанием для применения каких-либо санкций финансовых органов к лицензиару. Однако нельзя быть уверенным в том, что эти органы принимают во внимание ГК РФ.

Неопределенность в лицензионную практику вносят вопросы налогообложения. Так, согласно положениям ст. 39 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), вступившего в силу с 1 января 2001 г., предоставление за плату прав на объекты интеллектуальной собственности в целях налогообложения признается услугой. В соответствии с подпунктом 1 п. 1 ст. 146 НК РФ патентно-лицензионные операции стали облагаться налогом на добавленную стоимость (НДС). Соответственно, платежи за предоставление патентообладателем прав другому лицу на использование охраняемого патентом объекта промышленной собственности по лицензионным договорам, зарегистрированным до 2001 г., включаются в налоговую базу для исчисления НДС в общеустановленном порядке. Никаких льгот для отечественных учреждений, создавших высокие технологии, и предприятий, их использующих, НК РФ не предусматривает.

НДС, как косвенный налог, включается в стоимость товаров (услуг) и выплачивается потребителем продавцу при покупке. Последний должен уступить его государству. Однако НК РФ не предусматривает автоматического увеличения с 1 января 2001 г. роялти, определенного действовавшими лицензионными договорами, на сумму НДС. Полагаем, что законодатель не имел права включать лицензионные платежи по договорам, заключенным и зарегистрированным до 2001 г., в налогооблагаемую базу для исчисления НДС. Во-первых, в Законе нет указания на то, что он имеет обратную силу. Во-вторых, эта норма сразу привела к конфликтам между отечественными лицензиатами и лицензиарами относительно того, кому из них платить вновь возникший и существенный по размерам налог.

В любом случае будет либо наказан лицензиар, поскольку размер роялти автоматически уменьшится на величину НДС, либо лицензиат будет вынужден увеличить цену продукции по лицензии. Поскольку лицензиат, приобретая лицензию и организуя производство, планировал свои затраты на срок действия договора, то возможно, что, зная о необходимости увеличения роялти на 20 %, он бы не торопился заключать договор. Лучшего способа борьбы с промышленным использованием в России отечественных высоких технологий, чем введение НДС на лицензионные платежи, придумать трудно.

Кроме того, можно полагать, что НК РФ, вводя НДС на лицензионные платежи по договорам, заключенным и прошедшим государственную регистрацию до 1 января 2001 г. и не противоречащим действовавшему на дату заключения договора российскому законодательству, нарушает норму п. 1 ст. 1 ГК РФ, которая предусматривает «неприкосновенность собственности, свободы договора, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела...».

Законодатель не продумал всех последствий для отечественного лицензиара действия НК РФ на заключенный ранее лицензионный договор с иностранным партнером. Можно гарантировать, что иностранная фирма не увеличит в связи с вступлением в силу НК РФ роялти на величину НДС. Налогоплательщиком обязательно станет лицензиар – отечественный разработчик.

Таким образом, вместо поощрения отечественного лицензиара – создателя высоких технологий, вышедшего на международный рынок, наше государство по существу его штрафует. А если учесть, что величина роялти по лабораторным разработкам незначительно превышает сумму пошлин за поддержание в силе зарубежных патентов, то вполне возможна ситуация, когда лицензиар – некоммерческий бюджетный научный институт – будет вынужден из своих средств оплачивать патентные пошлины. Кто же после этого рискнет продавать лицензии?

Практика показала, что региональные налоговые органы взимают НДС даже тогда, когда НК РФ этого не предусматривает. А НК РФ этого не предусматривает, если инофирма-лицензиат не ведет хозяйственной деятельности и не имеет представительства на территории Российской Федерации. Для признания услуги объектом НДС необходимо подтвердить, что местом ее осуществления является территория России (п. 1 ст. 145 НК РФ). При передаче в собственность или переуступке патентов, лицензий, товарных знаков, авторских и иных прав (как исключительных, так и неисключительных)[5] в соответствии с подпунктом 4 п. 1 ст. 148 НК РФ местом реализации работ (услуг) признается территория Российской Федерации, если покупатель услуг осуществляет деятельность на ее территории.

Таким образом, если права на объект интеллектуальной собственности приобретает иностранный партнер, осуществляющий свою деятельность вне территории Российской Федерации, то у российской организации по такому объекту НДС на роялти законодательством не предусмотрен. При этом согласно п. 3 ст. 145 НК РФ организация, претендующая на освобождение от исполнения обязанностей налогоплательщика, должна представить соответствующее письменное заявление и сведения, подтверждающие право на такое освобождение, в налоговый орган по месту учета. Как нам разъяснили в районной инспекции МНС РФ: «Для подтверждения правомерности применения п. 1 ст. 148 налогоплательщики должны представить согласно п. 4 ст. 148 контракт, заключенный с иностранными или российскими лицами, и документы, подтверждающие факт выполнения работ (оказания услуг) в адрес покупателя».

В соответствии с НК РФ налогоплательщик вправе уменьшить общую сумму налога на установленные законом налоговые вычеты при уплате НДС (ст. 171 НК РФ). Как можно совместить норму по подпункту 17 п. 2 ст. 149 НК РФ, освобождающую патентные пошлины от НДС, с тем, что упомянутые вычеты при уплате НДС не предусмотрены для роялти, за счет которых эти пошлины выплачиваются?

Абсурдность действующего порядка исчисления НДС со всей суммы лицензионных платежей – паушальных и роялти – состоит в том, что эти платежи являются единственным источником необходимых для существования лицензионного договора выплат. Это – затраты на подготовку разнообразной документации, необходимой для промышленного производства продукции по лицензии, платежи за поддержание в силе патентов по лицензии ( когда платеж должен быть произведен в точно указанные сроки ), затраты на государственную регистрацию лицензионных договоров, выплату авторского вознаграждения. Наконец, лицензионный платеж – это единственный источник для лицензиара – бюджетного учреждения по оплате делопроизводства в суде при нарушении патентных прав.

Кто может объяснить, почему пошлины за поддержание патентов в силе и иные расходы лицензиара, предусмотренные патентным законодательством, должны облагаться НДС ?

Отдельно необходимо рассмотреть вопрос о налоге на прибыль с суммы роялти. НК РФ в ст. 246 предусматривает налог на прибыль для любого российского учреждения как коммерческого, так и некоммерческого, бюджетного. Прибылью признается разница между полученными доходами и произведенными расходами (ст. 247 НК РФ). Доходы в соответствии с п. 5 ст. 250 НК РФ «от предоставления прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (в частности, от предоставления в пользование прав, возникающих из патентов на изобретения, промышленные образцы и другие виды интеллектуальной собственности)» признаются внереализационными, если налогоплательщик не определил их реализационными (ст. 249). Можно предполагать, что лицензионные платежи за передачу прав на интеллектуальную собственность относятся к внереализационным доходам.

При определении налоговой базы не учитываются денежные средства, поступившие комиссионеру, агенту и (или) иному поверенному в связи с исполнением обязательств по агентскому или другому аналогичному договору, а также в счет возмещения затрат, произведенных комиссионером за комитента, принципала и (или) иного доверителя, если такие затраты не подлежат включению в состав расходов комиссионера, агента и (или) иного поверенного в соответствии с условиями заключенных договоров (подпункт 9 п. 1 ст. 251 НК РФ). Налогоплательщик имеет право уменьшить полученные доходы на сумму произведенных расходов (п. 1 ст. 252), за исключением расходов, указанных в ст. 270, к которым отнесены расходы, непосредственно не связанные с получением указанных доходов.

Порядок признания внереализационных доходов в виде лицензионных платежей, включая роялти, за использование объектов интеллектуальной собственности регулируется п. 3 и 4 ст. 271 НК РФ. В соответствии с ними датой получения дохода признается дата осуществления расчетов в соответствии с условиями заключенных договоров.

Расходы, принимаемые для целей налогообложения, также признаются таковыми в том отчетном периоде, к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты (п. 1 ст. 272). Особенности ведения налогового учета бюджетными учреждениями, финансируемыми из средств бюджетов всех уровней, определяются ст. 3211 НК РФ: налоговая база определяется как разница между полученной суммой дохода и суммой фактически осуществленных расходов, связанных с ведением коммерческой деятельности.

Единственным легальным документом, который в некоммерческом бюджетном учреждении (каким является Российская академия наук и, следовательно, каждый ее научный институт) фиксирует как доходы, полученные от предпринимательской деятельности, так и расходы, необходимые для проведения уставной деятельности, является смета, утвержденная в установленном порядке.

Прежде всего необходимо указать, что Российская академия наук имеет разрешение Министерства финансов РФ от 2 ноября 2001 г. № 62 на открытие лицевого счета по учету средств, полученных от предпринимательской и иной приносящей доход деятельности. Доходы, получаемые бюджетными научными учреждениями за счет предусмотренных их уставами предпринимательской и иной приносящей доход деятельности, а также расходование этих средств отражаются в лицевых счетах.

Мы не будем воспроизводить классификацию доходов и расходов в соответствии с нормативными документами[6]. Однако укажем, что приказ предусматривает практически все затраты, необходимые бюджетному учреждению для ведения уставной деятельности. Затраты по смете могут включать: текущие расходы ( оплата труда, ЕСН, оплата командировок и др.), закупка товаров и оплата услуг, приобретение предметов снабжения и расходных материалов, оплата услуг связи, в том числе доступа в Интернет, оплата коммунальных услуг, текущего ремонта здания, авторских вознаграждений за изобретения и рационализаторские предложения, разного рода платежи, государственные пошлины и сборы. Практически в смете отражены расходы, предусмотренные НК РФ, то есть обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные налогоплательщиком.

Такими расходами в соответствии с НК РФ являются, прежде всего, суммы налогов и сборов, начисленных в порядке, установленном российским законодательством о налогах и сборах (п. 1 ст. 264), представительские расходы (п. 2 ст. 264), расходы на рекламные мероприятия, участие в выставках, ярмарках, экспозициях, изготовление рекламных брошюр и каталогов, содержащих информацию о работах и услугах, выполняемых и оказываемых организацией (п. 4 ст. 264). К расходам относятся судебные издержки и арбитражные сборы (подпункт 10 п. 1 ст. 265). Такие расходы включают также предусмотренную патентным законодательством выплату вознаграждения авторам служебных изобретений, права на которые авторы передали работодателю. Сюда же можно отнести и потенциальные затраты на судебные или арбитражные процессы в случае противоправного нарушения патентных прав третьими лицами.

Единственным требованием к смете некоммерческого учреждения является отсутствие распределения прибыли. То есть налогооблагаемая база для исчисления налога на прибыль должна быть нулевой: все полученные доходы должны идти на выполнение уставной деятельности. Это гарантирует отсутствие налога на прибыль.

Учитывая вышеизложенное, можно предположить, что форму гражданско-правового договора, в соответствии с которым работник (научный сотрудник) – автор служебного изобретения – передает свое право на патентообладание институту – работодателю, необходимо привести в соответствие с духом и буквой НК РФ и с использованием терминологии статей сметы.

Мы смогли только обозначить совокупность правовых проблем на стыке патентного, валютного и налогового законодательств Российской Федерации. Вероятно, были бы весьма полезны публикации на эту тему, отражающие позиции руководителей ЦБ РФ, МНС РФ, Роспатента, патентных работников учреждений. Лицензиар, лицензиат и государство должны взаимодействовать в едином правовом поле.


[1] См., например: Соколов С.А. Беседы о лицензионной торговле. Стоимость лицензии и формы платежей // Патенты и лицензии. 1992. № 2. С. 1.
[2] Письмо Роспатента от 6 апреля 2002 г. № 16/336-1901.
[3] Штумпф Г. Договор о передаче ноу-хау. М.: Прогресс, 1976. С. 86 – 109.
[4] Штумпф Г. Лицензионный договор. М., 1988. С. 88 – 89.
[5] См.: Письмо МНС РФ от 19 сентября 2001 г. № 02-154/42801.
[6] См., например: приказ Минфина РФ от 11 декабря 2002 г. № 127-н «Порядок определения расходов по соответствующим предметным статьям и подстатьям расходов бюджета Российской Федерации».