Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Практика охраны наименований мест происхождения товаров: что изменилось? Часть II

Часть I

Исключительное право, его обладатель и сфера действия

Исключительным считается гражданское право, которое налагает определенные ограничения (запреты) на третьих лиц (не состоящих в правоотношении с владельцем права). Напротив, гражданское право, которое не налагает и не может налагать таких ограничений на третьих лиц, считается относительным (обязательственным) правом и к категории исключительных прав не относится.

Исключительный характер права на наименование места происхождения товара вытекает из следующих норм Закона. П. 3 ст. 31 устанавливает за лицом, получившим свидетельство, право пользования зарегистрированным наименованием, а п. 2 ст. 40 запрещает любым третьим лицам, не имеющим свидетельства, использовать зарегистрированное наименование. Из сочетания этих двух норм Закона и выводится исключительный характер рассматриваемого права. То обстоятельство, что владельцем исключительного права на наименование является обладатель свидетельства, косвенно подтверждает ст. 41 Закона. Прямо это подтверждают п. 3 и 4 ст. 46.

Исключительное право на наименование места происхождения товара, как и любое другое исключительное право, состоит из положительного права (права пользования) и права запрета (права не допускать использование третьим лицам). Оба этих права обязательно должны совпадать. Положительное право при отсутствии запрета уже не является исключительным. С другой стороны, право запрета, выходящее за сферу действия положительного права, означает, что владелец права может запрещать определенные действия третьим лицам, хотя сам не может их осуществлять («собака на сене»).

Именно эта последняя ситуация зафиксирована в п. 3 ст. 40 Закона. Как вытекает из смысла Закона, права обладателя свидетельства на наименование места происхождения товара ограничены теми товарами, которые указаны в заявке (п. 3 ст. 32). Отметим, что из Закона не вытекает право обладателя свидетельства использовать наименование для других товаров, в том числе и для сходных с заявленными товарами.

Таким образом, положительное право на наименование ограничено строго определенными товарами. А право запрета сформулировано значительно шире: является незаконным использование наименования места происхождения товара, если нарушитель использует аналогичное обозначение (в том числе наименование места происхождения товара в переводе или с дополнением выражений «того же рода», «того же типа» и т.п.), а также обозначение, сходное до такой степени, что потребитель может быть введен в заблуждение, для любых товаров. Такое расширение сферы запрета представляется не совсем обоснованным.

Исключительное право на товарный знак всегда связано с товарами, для которых он зарегистрирован. А вот общеизвестный товарный знак в случае признания общеизвестным уже зарегистрированного товарного знака распространяет свое действие на любые товары. Но у товарного знака и общеизвестного товарного знака положительное право по объему совпадает с правом запрета.

Вернемся, однако, к исключительному праву обладателя свидетельства на наименование места происхождения товара. Он вправе не допускать незаконное использование наименования места происхождения товара (это понятие раскрыто в п. 3 ст. 40), в том числе требовать прекращения использования, а также применять другие способы защиты своего права, указанные в ст. 12 ГК РФ (это вытекает из п. 1 ст. 46 Закона). В литературе указывалось, что «лицо, подавшее заявку на регистрацию наименования места происхождения товара, не получает права разрешать или запрещать другому лицу использовать зарегистрированное наименование»[1]. Это, конечно, верно: заявитель не имеет таких исключительных прав. Но автор цитируемой статьи имеет в виду не заявителя, а владельца регистрации. Последний действительно не вправе разрешать использовать зарегистрированное наименование третьему лицу, однако имеет право запретить третьему лицу такое использование.

Как известно, заявки в рассматриваемой нами области бывают двух видов: на регистрацию и предоставление права пользования наименованием и на предоставление права пользования уже зарегистрированным наименованием. А исключительное право на наименование места происхождения товара всегда одинаково, независимо от того, на каком виде заявки оно основывается.

Исключительное право, возникающее на основе выданного свидетельства, не передается другим лицам ни полностью, ни частично. Эта норма, являющаяся общепризнанной, в Законе, однако, зафиксирована неполно. П. 3 ст. 40 Закона гласит: «обладатель свидетельства не вправе предоставлять лицензии на пользование наименованием места происхождения товара другим лицам». Таким образом, вопрос о невозможности выдачи лицензии в Законе урегулирован. Осталась неурегулированной возможность полной уступки наименования места происхождения товара, что нужно срочно отразить в Законе. Исключительное право на наименование места происхождения товара не включает правомочия на распоряжение.

Вопрос о сроке действия исключительного права на наименование необходимо затронуть в связи с существованием определенного противоречия между нормами ст. 31 и 36 Закона. С одной стороны, ст. 36 устанавливает, что свидетельство действует «до истечения десяти лет» (лица, которым неясен этот «новояз», могут обратиться к первоначальной редакции Закона, где говорилось, что «свидетельство действует десять лет»), считая с даты подачи заявки в Роспатент. Практически обладатель свидетельства может осуществлять свое право на пользование наименованием с даты подачи заявки, а право запрета пользования им третьими лицами – с даты получения на руки свидетельства.

Закон также устанавливает возможность многократного продления действия свидетельства, каждый раз на десять лет. К сожалению, ни из Закона, ни из Правил продления срока действия свидетельства на право пользования наименованием места происхождения товара и внесения изменений в регистрацию и свидетельство[2] нельзя установить, с какого момента начинает действовать продленное свидетельство. Логика подсказывает, что оно должно действовать со следующего дня после истечения предшествующего срока действия свидетельства. На практике, однако, новый срок исчисляется с последнего дня действия прежнего срока. Так что в этот последний день действуют и новые, и прежние свидетельства (см., например, свидетельство 6/1).

Обратимся теперь к нормам ст. 31 Закона, относящимся к возникновению правовой охраны наименования места происхождения товара. В статье утверждается, что такая правовая охрана возникает на основании регистрации наименования в порядке, установленном Законом, причем эта регистрация действует бессрочно. Если названная статья имеет какое-либо практическое значение (а именно это мы должны презюмировать, поскольку нормы Закона должны иметь смысл), то нельзя не выразить несогласие с п. 1, 2 и 4 этой статьи.

Правовая охрана наименования места происхождения товара существует лишь постольку, поскольку конкретные лица получили свидетельства на право пользования им. Вне этого свидетельства никакой правовой охраны регистрации наименования нет и быть не может: это было бы бессубъектное право.

Регистрация наименования места происхождения товара не действует бессрочно. Она моментально прекращается по истечении срока действия свидетельства, а если имеется несколько свидетельств – то всех свидетельств.

Исключительное право на использование наименования места происхождения товара закрепляется за лицом, которое производит (изготовляет) товар, происходящий из определенного географического объекта. Если в данном географическом объекте только один хозяйствующий субъект (например, тот, которому принадлежат земли данной виноградной долины, карьеры с особой глиной и т.п.), то только он становится обладателем исключительного права на наименование. Но если в данном географическом объекте есть или могут появиться другие хозяйствующие субъекты, то любой из них может попытаться «присоединиться» к зарегистрированному наименованию. Для этого надо подать заявку на получение свидетельства на уже зарегистрированное (или ранее заявленное) на имя другого лица наименование места происхождения товара. Если на наименование будет выдано более одного свидетельства, то каждый обладатель свидетельства будет иметь исключительное право на его использование. Все эти права будут одинаковыми.

Ситуация, которая складывается при наличии двух или более свидетельств на одно и то же наименование места происхождения товара, напоминает ситуацию, складывающуюся при регистрации коллективного товарного знака (ст. 20 и 21 Закона). Вообще аналогия между наименованием и коллективным товарным знаком состоит также в том, что и тот, и другой объект (средства индивидуализации) могут быть присвоены только товару, который выделяется из числа других товаров своими особыми качественными или иными характеристиками.

Но при наличии двух или более свидетельств на наименование места происхождения товара сходство между наименованием и коллективным товарным знаком еще более усиливается. И в том, и в другом случае обладатели исключительных прав выступают на рынке не как монопольные, единственные правообладатели, а как обладатели исключительных прав, которые ограничены наличием других обладателей тех же исключительных прав, которые вынуждены мириться с другими обладателями прав.

В.А.Дозорцев называл такие права не абсолютными, а исключительными, притом «ослабленными»[3].

Обладатели таких исключительных прав не выступают при этом как сообладатели. Каждый из них является самостоятельным обладателем права, а также по отдельности может реализовать (использовать) свое право и защищать его от нарушителей и взыскивать с нарушителя свои убытки.

Исключительное право, принадлежащее любому обладателю свидетельства на наименование места происхождения товара, действует не только против необладателей, но и против других обладателей, если они нарушают порядок пользования наименованием (например, маркируют им товары, не имеющие указанных в регистрации особых свойств, или товары, не указанные в заявке). В этих последних ситуациях (а они могут возникнуть на практике) наиболее ярко могут проявиться недоработки нашего законодательства в отношении регистрации наименований. Во-первых, это возможность выдачи одного свидетельства в отношении одного перечня товаров, а другого свидетельства – в отношении иного перечня товаров (см., например, свидетельства 7/1 и 7/2; свидетельства 30/1 и 30/2). Во-вторых, возможность неполного совпадения особых свойств товаров, указанных в одном свидетельстве, с особыми свойствами, указанными в другом свидетельстве.

В настоящее время отсутствуют правила разрешения таких конфликтов. Конечно, обладатели свидетельств на право пользования одним наименованием места происхождения товара (или сходными наименованиями: «Обуховская», «Обуховская-13» и т.п.), как и владельцы коллективного знака, могут заключить между собой соглашение, касающееся пользования наименованием места происхождения товара. Это может быть договор простого товарищества. Такое соглашение должно регистрироваться в Роспатенте.

Географический объект

Наименование места происхождения товара – это название географического объекта. Это может быть его современное или прежнее (историческое) название либо производное от него. Например: «Вологодское масло» от города Вологда или Вологодской области.

В ст. 30 Закона указано, что в качестве географических объектов могут выступать страна, населенный пункт, местность. Чтобы возникла возможность использовать название географического объекта в качестве наименования места происхождения товара, этот географический объект должен отличаться от других (соседних, сходных) объектов. Отличие состоит в том, что именно в этом объекте есть характерные природные условия и (или) людские факторы, которые позволяют изготовлять товар, обладающий особыми свойствами.

Теоретически природные факторы могут относиться к особенностям почвы, залегающего в земле природного вещества (глина, уголь, песок и т.п.), подземных или местных вод, флоры, климата. Если исходить из природных условий, то очевидно, что географический объект должен иметь четкие границы, которые должны быть природными и проходить по границам природных объектов: горный хребет, бассейн реки, территория выхода на поверхность земли природного сырья и т.п.

Если бы природные были единственными условиями, определяющими границы географических объектов, для которых регистрируются наименования мест происхождения товаров, то такими географическими объектами, как правило, не могли бы быть поселки, города и страны. Просим обратить внимание, что поселки, города и страны, как правило, не должны были бы выступать как такие объекты. Слова «как правило» употреблены потому, что из этого правила могут быть исключения. Так, можно утверждать, что мегаполис «Москва» имеет свой микроклимат (ужасный, вредный, но свой, характерный), а потому Москва может являться таким географическим объектом.

Точно так же и некоторые страны (а для России – некоторые субъекты Российской Федерации) могут иметь естественные границы – по горным хребтам, рекам, морским берегам. Потому они могут иметь гомогенные (однородные) характерные природные условия. Но в подавляющем числе случаев административные границы не могут служить границами географических объектов, определяемых природными условиями[4]. Все это следует учитывать при определении правовой охраны наименования места происхождения товара.

Характерные природные условия, приводящие к появлению товара с особыми свойствами, не означают, что производитель товара должен обязательно находиться в пределах (в границах) данного географического объекта: «Воронежский хлеб», изготовленный из зерна, выращенного в Воронежской области, в принципе, может производить и рязанская хлебопекарня (разумеется, с соблюдением определенной технологии). Здесь природные условия связаны с зерном, а не с готовым хлебом. В отличие от этого, для вина важно не только то, из какого винограда оно изготовлено, но и то, где оно бутилировано. И эти обстоятельства должны быть отражены в нормативных документах, касающихся наименований мест происхождения товаров.

Рассмотрим теперь характерные людские факторы, которые в соответствии со ст. 30 Закона могут определять особые свойства товара. Прежде всего отметим, что по российскому законодательству особые свойства товара могут обусловливаться только людскими факторами. Между словосочетаниями «природными условиями» и «людскими факторами» стоит не только соединительный союз «и», но и разделительный союз «или». Это означает, что особые свойства товара, маркируемого наименованием места происхождения товара, могут быть вообще не связаны с природными условиями какого-либо географического объекта. Этим российское законодательство существенно отличается от норм основных международных соглашений об охране наименований мест происхождения товаров.

В соответствии со ст. 2 Лиссабонского соглашения об охране наименований мест происхождения товаров и их международной регистрации «под указанием места происхождения понимается географическое название страны, района или местности [по нашему мнению, это более точно и более понятно, чем наше понятие «географического объекта»], используемое для обозначения происхождения оттуда изделия, качество и свойство которого определяются исключительно или в существенной мере географической средой, включая сюда природные и этнографические факторы».

В этом определении «этнографические факторы» определены как часть географической среды. Кроме того, этнография, по нашему мнению, связана с природной средой, чего нельзя сказать о людском факторе.

Ст. 22 Соглашения ТРИПС определяет географические указания как обозначения, которые определяют товар как происходящий с территории страны-члена или региона или местности на этой территории. При этом особое качество, репутация или другие характеристики данного товара главным образом определяются его географическим происхождением. В этом Соглашении (а сейчас Россия должна ориентироваться на него) никакие этнографические или людские факторы даже не упоминаются.

Между тем очень многие из наименований мест происхождения товаров, зарегистрированных в настоящее время в России, в качестве основных и даже единственных особых свойств товара указывают на особое мастерство, особое умение производителей, то есть на людские факторы. Это позволяет «оторвать» наименования от природных условий и географического объекта. Не является ли такое положение недоработкой нашего законодательства? Мы склонны ответить на этот вопрос положительно.

Публично-правовые элементы наименований мест происхождения товаров

По своей сути и природе охрана наименований мест происхождения товаров в нашей стране наиболее близка к охране товарных знаков. Тем не менее, в отличие от охраны товарных знаков, в правовой охране наименований имеются некоторые публично-правовые элементы, а именно: участие компетентных органов власти при возникновении правовой охраны, а также возможность вмешательства некоторых публично-правовых органов при нарушении права на наименование.

Участие компетентных органов власти. Лицо, желающее получить право на использование наименования, не может сразу подать заявку в Роспатент. Оно должно предварительно получить заключение компетентного органа. Как следует из п. 4 ст. 32 Закона, это заключение должно удостоверять, что в границах определенного географического объекта заявитель производит товар, обладающий характерными для данного географического объекта особыми свойствами.

Некоторые пояснения этой не совсем ясной нормы содержатся в п. 19 Правил НМПТ, из которой следует, что заключение компетентного органа должно содержать: подтверждение того, что заявитель производит товар в границах указанного географического объекта с приведением описания этих границ; наименование производимого заявителем товара и описание его особых свойств; констатацию того, что перечисленные особые свойства товара зависят от характерных для данного географического объекта природных условий и (или) людских факторов; подтверждение того, что данное название является известным (очевидно, в результате использования такого товара – см. ст. 30 Закона).

Действующее законодательство не устанавливает, как должно именоваться обращение будущего заявителя к компетентному органу: ходатайство, просьба, требование? Не устанавливает оно порядка и сроков рассмотрения этого обращения. Как поступить, если компетентный орган рассматривает такое обращение 10 месяцев? Неясно, должен ли обратившийся доказывать наличие особых свойств у товара, и может ли компетентный орган потребовать таких доказательств? Не проработан срок, по истечении которого наименование становится известным: месяц, год, пять лет?

Наконец, сейчас невозможно ответить на вопрос: выступает ли компетентный орган в качестве эксперта – сведущего лица, которому известны некие обстоятельства использования определенного обозначения, либо это орган власти, имеющий некие права на это обозначение, милостиво разрешает заявителю использовать это обозначение, поскольку последний не искажает его суть? Решение всех этих вопросов нельзя передавать практике (включая судебную) или на откуп экспертизе.

Некоторые из поставленных вопросов может (и должен) решить Роспатент, опираясь на полномочия, предоставленные ему п. 6 ст. 32 и ст. 43 Закона.

По нашему мнению, заявитель, обратившийся в компетентный орган и не получивший ответа на свое обращение в разумный срок, либо получивший отказ дать заключение, либо получивший заключение, которое его не удовлетворяет, имеет право обратиться в арбитражный суд с требованием обязать компетентный орган выдать соответствующее заключение. Возможен и другой вариант: вступившее в силу решение арбитражного суда может заменить ходатайство компетентного органа. Все эти вопросы надо решать, поскольку они «постучатся в дверь» в самое ближайшее время.

Второй публично-правовой элемент, который мы усматриваем в правовой охране наименований мест происхождения товаров, – зафиксированная в ст. 46 Закона возможность участия публично-правовых органов в спорах о нарушениях права на наименование.

В соответствии с п. 3 ст. 46 возбуждать гражданско-правовые иски по поводу незаконного использования зарегистрированного наименования места происхождения товара вправе не только обладатели свидетельств, но и государственные органы, прокуратура и общественные организации.

Можно полагать, что права прокуроров заявлять гражданско-правовые иски в публичных интересах или в интересах определенных категорий потерпевших лиц определяются не этой нормой Закона, а Законом о прокуратуре. Можно также предположить, что под «общественными организациями», упоминаемыми в ст. 46, имеются в виду, прежде всего, различные союзы по защите прав потребителей, которые могут быть инициаторами возбуждения гражданских дел в интересах неопределенного круга потребителей. Полагаем, что такие дела могут возникать не только при нарушении прав на наименования, но и на товарные знаки. В этой связи упоминание в ст. 46 прокуратуры и общественных организаций не является чем-то необычным.

Необычно лишь закрепление за каким-то государственным органом права заявить гражданско-правовой иск к нарушителю права, принадлежащего обладателю свидетельства на использование наименования места происхождения товара. При этом данный государственный орган может требовать не только прекращения использования наименования, но и «возмещения причиненных убытков в соответствии с гражданским законодательством». Слова «в соответствии с гражданским законодательством», очевидно, относятся к определению размера причиненных убытков и к условиям их взыскания (ст. 15 и § 1 главы 59 ГК РФ).

Возможно несколько толкований понятия «государственный орган». Это может быть Роспатент – орган, осуществляющий государственную политику и выполняющий функции по правовой охране наименований мест происхождения товаров (ст. 43 Закона).

Другим возможным толкованием этого понятия является определение этого «государственного органа» как того самого «компетентного органа», который ходатайствовал о регистрации наименования места происхождения товара и предоставлении права его использования определенному лицу (или нескольким лицам). Естественно, этот компетентный орган вправе защищать то наименование, к регистрации которого был причастен.

Это последнее толкование представляется нам наиболее логичным, хотя можно заранее предвидеть, что его противники укажут на то, что если бы под «государственным органом» имелся в виду «компетентный орган», ходатайство которого было приложено к заявке, то он так бы и именовался в Законе «компетентный орган», а не «государственный орган».

В литературе было высказано мнение о закреплении исключительных прав на наименование за региональными властями. Это мнение, выраженное в незавершенном виде, звучит так: «Если же правообладателями наименований мест происхождения товаров будут региональные власти, обладающие исключительными правами в полном объеме, то в их интересах выявить такие наименования на принадлежащих им территориях, зарегистрировать в установленном порядке, предоставить права пользования и установить контроль за их использованием»[5]. Это серьезное предложение. Оно переводит охрану наименований мест происхождения товаров из рамок частного в рамки публичного права.

Вместо заключения

Хотя мы стремились не только выявить спорные и неясные вопросы, касающиеся правовой охраны наименований мест происхождения товаров, но и предлагали их возможные решения, получилось так, что многие такие вопросы лишь поставлены в статье, а ответы на них будут даны в ходе дискуссии о совершенствовании правовой охраны наименований. В этой связи мы далеки от мысли считать эту тему исчерпанной. Напротив, мы призываем читателей высказать свои критические замечания и предложения. Заключение по этой теме давать еще рано.


[1] Китайский В.Е. Наименования мест происхождения товаров в Российской Федерации//Патенты и лицензии. 2005. № 11. С. 18 – 19.
[2] Патенты и лицензии. 2003. № 6. С. 49.
[3] Интеллектуальные права: Понятие. Система. Задачи кодификации: Сборник статей. М.: Статут, 2003. С. 118, 120.
[4] См. также: Гаврилов Э.П., Данилина Е.А. Комментарий к закону РФ «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров». М.: Экзамен, 2004.
[5] Китайский В.Е. Указ. соч. С. 26.