Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Антимонопольные органы и защита интеллектуальной собственности

Д.И.Серегин - начальник отдела Министерства Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства.

Должное внимание вопросам конкуренции в России стало уделяться только с переходом отечественной экономики к рынку. Однако объявление свободы предпринимательства само по себе не повлекло возникновение новых экономических отношений, основанных на конкуренции. Российская экономическая система нуждалась в серьезном переосмыслении. Для выполнения этой задачи необходимо было создать совершенно новый государственный орган, четко определив его полномочия.

10 сентября 1990 г. Совет Министров РСФСР постановлением № 344 утвердил Временное положение о Государственном комитете РСФСР по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур. Его главные задачи заключались в:
   создании благоприятных условий для развития всех видов предпринимательства в различных сферах экономики;
   формировании экономических, организационных и правовых условий, обеспечивающих развитие конкуренции на рынке товаров и услуг, пресечении злоупотреблений монопольным положением участниками хозяйственного оборота;
   контроле за соблюдением антимонопольного законодательства, рассмотрении фактов его нарушения и их пресечении.

Однако антимонопольное законодательство только предстояло сформировать. Несмотря на сложность поставленной задачи, уже 22 марта 1991 г. был принят закон РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее – Закон о конкуренции на товарных рынках), посвященный правовому регулированию конкурентных отношений: пресечению монополизма, вмешательства государственных органов в предпринимательскую сферу и недобросовестной конкуренции. Помимо установления основных правовых запретов, направленных на обеспечение конкуренции и ее нормального функционирования, Закон определил задачи и полномочия антимонопольных органов. Основным инструментом в борьбе с проявлениями монополизма и недобросовестной конкуренцией стали предписания о прекращении нарушения и устранении его последствий.

В октябре 1991 г. было принято решение об образовании территориальных управлений антимонопольного комитета. Таким образом, в 1990 – 1991 гг. сформировалась система российских антимонопольных органов.

На протяжении последующих лет менялись название и статус антимонопольного органа. Так, в 1995 г. Указом Президента Российской Федерации антимонопольный комитет возвели в ранг федерального министерства. Однако в 1997 г. указ был отменен. В том же 1997 г. антимонопольный орган получил новое название – Государственный антимонопольный комитет. В 1998 г. комитет упразднили, создав на его базе Министерство по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства, которое стало полноправным преемником первого антимонопольного органа и сохранило созданную в начале 1990-х гг. структуру.

Система конкурентного законодательства

Основополагающим источником правового регулирования конкурентных отношений является ст. 34 Конституции Российской Федерации, которая, с одной стороны, закрепляет право каждого на использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а с другой, устанавливает запрет экономической деятельности, направленной на монополизацию и недобросовестную конкуренцию.

Детально конкурентные отношения регулирует Закон о конкуренции на товарных рынках и принятый в 1999 г. федеральный закон Российской Федерации «О защите конкуренции на рынке финансовых услуг». В действующем законодательстве есть также ряд общих норм, распространяющихся на конкурентные отношения. Так, ГК РФ содержит нормы, устанавливающие свободу определения прав и обязанностей на основе договора (ст. 1), пределы осуществления гражданских прав (ст. 10), регулирующие вопросы интеллектуальной собственности (ст. 138) и коммерческой тайны (ст. 139). Кроме того, отношения, возникающие при конкуренции, регулируются Патентным законом, законами «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров», «О правовой охране топологий интегральных микросхем», «О правовой охране программ для ЭВМ и баз данных», «О селекционных достижениях».

Однако главным законодательным актом, на основании которого антимонопольные органы осуществляют защиту интеллектуальной собственности, является Закон о конкуренции на товарных рынках. Он содержит весьма разнообразные нормы, связанные с конкуренцией.

Во-первых, это антимонопольные нормы, устанавливающие запреты на монополистическую деятельность (злоупотребление доминирующим положением, антиконкурентные соглашения) и антиконкурентную деятельность государственных органов (акты, действия и соглашения органов государственной власти, ограничивающие конкуренцию), а также нормы, касающиеся государственного контроля за концентрацией капитала.

Предметом регулирования правовых норм, запрещающих монополистическую деятельность и антиконкурентные действия государственных органов, являются отношения, связанные с реализацией хозяйствующим субъектом (группой хозяйствующих субъектов) своей экономической власти (что может осуществляться как в рамках конкурентных отношений, так и нет) либо с использованием административной власти в хозяйственной деятельности.

Целями антимонопольных норм является предотвращение:
   уменьшения числа хозяйствующих субъектов на рынке, повышения уровня его концентрации (снижения уровня конкуренции);
   монополизации рынка (устранения конкуренции);
   негативных последствий монопольного функционирования рынка.

Во-вторых, Закон о конкуренции на товарных рынках содержит нормы, касающиеся недобросовестной конкуренции. Предмет их регулирования – конкурентные отношения, возникающие между хозяйствующими субъектами при осуществлении ими экономической деятельности на товарном рынке.

Пресечение недобросовестной конкуренции направлено на:
   предотвращение увеличения прибыли хозяйствующего субъекта за счет использования ненадлежащих средств, пресечение существования экономически слабых и неэффективно действующих хозяйствующих субъектов;
   обеспечение права хозяйствующего субъекта на получение адекватной прибыли;
   поддержание стимула для использования в качестве конкурентных приемов средств, обеспечивающих экономическое развитие.

Нарушение исключительных прав и недобросовестная конкуренция

В соответствии со ст. 4 Закона о конкуренции на товарных рынках недобросовестной конкуренцией являются любые направленные на приобретение преимуществ в предпринимательской деятельности действия хозяйствующих субъектов, которые противоречат положениям действующего законодательства, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и могут причинить или причинили убытки другим хозяйствующим субъектам – конкурентам либо нанести ущерб их деловой репутации.

Приведенное определение, с одной стороны, содержит все необходимые признаки недобросовестной конкуренции, что позволяет относить к ней действия, не упомянутые в ст. 10 Закона. С другой стороны, оно указывает на то, какие вообще действия могут быть признаны недобросовестной конкуренцией, т.е. содержит признаки, которые необходимо учитывать при квалификации нарушения в соответствии с одной из форм недобросовестной конкуренции.

Для признания действий недобросовестной конкуренцией они должны:
   совершаться хозяйствующим субъектом;
   быть направлены на получение преимуществ в предпринимательской деятельности;
   противоречить положениям действующего законодательства, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости;
   причинить или быть способны причинить убытки другому хозяйствующему субъекту – конкуренту, либо нанести ущерб его деловой репутации (причинить вред).

Ст. 10 Закона о конкуренции на товарных рынках содержит:
   запрет недобросовестной конкуренции;
   перечень форм недобросовестной конкуренции;
   запрет недобросовестной конкуренции, связанной с приобретением и использованием исключительных прав на некоторые объекты.

Одной из форм недобросовестной конкуренции является продажа, обмен или иное введение в оборот товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполнения работ, услуг.

Нарушение исключительного права на средство индивидуализации при недобросовестной конкуренции заключается не в нарушении монополии как таковой, а в реализации своего товара под видом товара конкурента. В большинстве случаев это сопровождается введением потребителя в заблуждение относительно качества и потребительских свойств товара, поскольку поддельная продукция редко соответствует оригинальной. Однако даже если нарушитель продает продукцию такого же качества, что и оригинальная, используя репутацию имитируемого товара, он имеет возможность снизить издержки на ее продвижение. По этой причине цена на поддельную продукцию обычно ниже, чем на оригинальную.

В рассматриваемом случае под незаконным использованием объекта исключительных прав следует понимать такое использование объекта (либо обозначения сходного с ним до степени смешения, если речь идет о товарных знаках), которое не санкционировано владельцем, за исключением случаев, когда такая санкция не требуется.

В настоящее время наиболее сложно обстоят дела с защитой фирменных наименований, поскольку данный объект исключительных прав наименее защищен. Правовую базу, регулирующую отношения, связанные с фирменными наименованиями, составляют ГК РФ, содержащий слишком общие положения, а также положение «О фирме», утвержденное постановлением ЦИК СССР от 22 июня 1927 г.

Действующий порядок позволяет производить регистрацию юридических лиц практически с любыми наименованиями. Для регистрации достаточно, чтобы наименование отличалось от уже зарегистрированного хотя бы одной буквой. Более того, известны случаи регистрации юридически лиц с идентичными фирменными наименованиями.

С недавнего времени защита интересов хозяйствующего субъекта, связанных с фирменным наименованием, от недобросовестной конкуренции стала возможна, поскольку новая редакция Закона о конкуренции на товарных рынках (изменения внесены Федеральным законом от 9 октября 2002 г. № 122-ФЗ[1]) предоставила антимонопольному органу право выдавать предписания об ограничении использования или изменении фирменного наименования. Основанием для этого является признание действий хозяйствующего субъекта по использованию или приобретению прав на фирменное наименование недобросовестной конкуренцией.

Вместе с тем эти изменения не могут полностью компенсировать отсутствие законодательного акта, детально регулирующего отношения, связанные с фирменными наименованиями. В частности, отсутствие в действующем законодательстве определения содержания прав на фирменное наименование, а также его нарушения требует при пресечении недобросовестной конкуренции опираться не на положения законодательства, а на обычаи делового оборота и морально-этические принципы (добропорядочность, разумность, справедливость).

Основные изменения в законодательстве по защите
от недобросовестной конкуренции

Помимо упомянутых, Федеральный закон от 9 октября 2002 г. № 122-ФЗ внес и другие изменения в Закон о конкуренции на товарных рынках. Прежде всего устранено противоречие между п. 2 ст. 2 Закона о конкуренции на товарных рынках, который изымал из сферы его действия отношения, связанные с объектами исключительных прав, и ст. 10, предусматривавшей как форму недобросовестной конкуренции действия, связанные с нарушением исключительных прав. В настоящее время Закон также не распространяется на отношения, связанные с объектами исключительных прав. Исключение из этого правила составляют не только соглашения, связанные с их использованием, которые направлены на ограничение конкуренции, но и приобретение, использование и нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, которые могут привести к недобросовестной конкуренции.

Дополнен перечень признаваемых недобросовестной конкуренцией действий по отчуждению продукции, изготовленной с нарушением исключительных прав. Помимо продажи товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, недобросовестной конкуренцией признаются обмен, а также иное введение в оборот такого товара.

Отдельного комментария требуют п. 2 и 3 ст. 10 Закона. На их основании запрет недобросовестной конкуренции распространяется на сферу приобретения и использования исключительных прав. Необходимость этих изменений продиктована достаточно распространенной в России регистрацией на собственное имя в качестве товарного знака обозначения, широко использовавшегося другим лицом.

Первые попытки применения положений о недобросовестной конкуренции к действиям по регистрации товарного знака относятся к 1995 г. Тогда российское юридическое лицо зарегистрировало на свое имя в качестве товарных знаков в отношении табачных изделий словесные обозначения «Опал», «Вега», «Стюардесса», которые представляли собой названия известных в Советским Союзе сигарет. Однако применить Закон о конкуренции на товарных рынках было невозможно, поскольку согласно п. 2 ст. 2 его положения не распространялись на отношения, связанные с объектами исключительных прав.

В последние годы ситуация не улучшилась: образовалась группа фирм, специализирующихся на различных махинациях с регистрацией товарных знаков. При этом формально действия совершаются в рамках законодательства о товарных знаках, хотя общество их и осуждает. Все это было учтено при подготовке изменений и дополнений к Закону о конкуренции на товарных рынках. В его новой редакции запрет недобросовестной конкуренции, связанной с приобретением и использованием исключительных прав на средства индивидуализации юридического лица, продукции, выполняемых работ или оказываемых услуг, выделен особо.

Недобросовестной конкуренцией могут быть признаны действия хозяйствующего субъекта по приобретению прав на упомянутые объекты, если эти действия содержат все признаки недобросовестной конкуренции, упомянутые в ее определении. Иными словами, для признания действий хозяйствующего субъекта по приобретению исключительных прав недобросовестной конкуренцией необходимо установить, что они направлены на приобретение преимуществ в предпринимательской деятельности, т.е. объективно способны обеспечить хозяйствующему субъекту превосходство над конкурентом, недобропорядочны и способны причинить вред конкуренту.

Следует, однако, оговориться, что заложенный в Законе о конкуренции на товарных рынках правовой механизм защиты хозяйствующих субъектов от недобросовестных действий по регистрации товарных знаков не является альтернативным путем обжалования действий патентного ведомства. Если выдача хозяйствующему субъекту свидетельства на товарный знак произошла по ошибке экспертов в результате неправильного применения законодательства о товарных знаках, например, если зарегистрировано обозначение, сходное до степени смешения с уже охраняемым в России, хозяйствующий субъект должен обратиться в Палату по патентным спорам.

Решение антимонопольного органа о признании действий по приобретению прав на товарный знак недобросовестной конкуренцией направляется в Роспатент для решения вопроса о досрочном прекращении действия регистрации объекта исключительных прав или о признании регистрации недействительной. Кроме того, подобное решение может быть принято и судом, поскольку запрет недобросовестной конкуренции носит безусловный характер.

Порядок рассмотрения заявлений антимонопольными органами

Антимонопольные органы в административном порядке осуществляют защиту прав на объекты интеллектуальной собственности от недобросовестной конкуренции. Она регламентируется отдельными положениями Закона о конкуренции на товарных рынках и Правилами рассмотрения дел о нарушениях антимонопольного законодательства, утвержденными приказом МАП России от 25 июля 1996 г. № 91.

Основанием для возбуждения и рассмотрения дел, принятия решений и выдачи предписаний антимонопольным органом являются представления органов, заявления организаций и физических лиц, а также инициатива самого антимонопольного органа. Большинство фактов недобросовестной конкуренции обнаруживается в результате рассмотрения заявлений хозяйствующих субъектов, пострадавших от недобросовестной конкуренции.

Заявление подается в антимонопольный орган в письменной форме. К нему прилагаются материалы, свидетельствующие о фактах недобросовестной конкуренции. Документы и иные доказательства, в том числе вещественные, прилагаемые к заявлению, должны позволить установить истинность изложенных сведений. Если заявитель в силу объективных причин не может представить всю необходимую информацию, то следует ходатайствовать, чтобы антимонопольный орган истребовал необходимую информацию у лиц, обладающих ею, в том числе у хозяйствующего субъекта, обвиняемого заявителем в недобросовестной конкуренции.

Например, если речь идет о недобросовестной конкуренции, связанной с нарушением прав на товарный знак, к заявлению должны быть приложены:
   учредительные документы заявителя;
   свидетельство на товарный знак, а если заявитель не является правообладателем, то лицензионный договор на использование знака, зарегистрированный в патентном ведомстве;
   документы, подтверждающие использование заявителем своего товарного знака на товаре, который является взаимозаменяемым с предположительно контрафактным;
   сведения о лице, в отношении которого подано заявление (предполагаемом нарушителе), включая информацию о его точном наименовании и фактическом месте нахождения;
   образец товара, на котором товарный знак используется без санкции правообладателя, либо изображение этого товара;
   документы, подтверждающие реализацию контрафактного товара на российском рынке;
   доказательства того, что лицо, в отношении которого подано заявление, является продавцом и (или) производителем контрафактного товара;
   иные документы, подтверждающие выводы заявителя.

Если изучение заявления показывает, что действия хозяйствующего субъекта нарушают ст. 10 Закона о конкуренции на товарных рынках, возбуждается дело о нарушении антимонопольного законодательства. Для его рассмотрения из сотрудников антимонопольного органа создается комиссия. Ее председатель выносит определение о возбуждении дела, в котором сообщается о дате и месте рассмотрения дела.

При установлении нарушения комиссия констатирует этот факт и выдает нарушителю предписание, направленное на пресечение нарушения и устранение его последствий. Кроме того, согласно п. 2.14 Правил производство по делу может быть прекращено до вынесения решения по существу при неподтверждении комиссией факта нарушения, а также добровольного устранения нарушения лицом, его совершившим.

Примеры из практики

1. ЗАО «Комбинат питания № 2» обратилось в МАП России с заявлением о недобросовестной конкуренции со стороны ЗАО «Корпорация Фигаро». Согласно уставу одной из целей деятельности ЗАО «Комбинат» является создание и эксплуатация предприятий общественного и ресторанного питания. ЗАО «Корпорация» также предоставляет услуги общественного питания, в частности, осуществляет ресторанное обслуживание, о чем свидетельствовали вывеска над входом в ресторан, а также меню ресторана, заключенные этим ЗАО договоры и выданные им дисконтные карты и чеки. Таким образом, было установлено, что ЗАО «Комбинат» и ЗАО «Корпорация» работают на одном товарном рынке и являются конкурентами.

ЗАО «Комбинат» – владелец словесного товарного знака «Фигаро» (свидетельство № 184884), зарегистрированного, в частности, для услуг ресторанов, кафе, кафетериев, столовых, закусочных, использует его при оказании услуг общественного питания. ЗАО «Корпорация», оказывая те же услуги, также использует обозначение «Фигаро».

Представители ЗАО «Корпорация» на заседание комиссии МАП России не явились, затребованные документы не представили, ходатайство об отложении рассмотрения дела не заявляли. Однако в деле имелись документы, подтверждающие своевременное извещение ЗАО «Корпорация» о времени и месте рассмотрения дела. Представители ЗАО «Комбинат» не возражали против рассмотрения дела в отсутствие представителей ЗАО «Корпорация».

В результате рассмотрения дела комиссия пришла к следующим выводам. Согласно ст. 4 федерального закона Российской Федерации «Об акционерных обществах» фирменное наименование акционерного общества должно содержать указание на его организационно-правовую форму и тип (закрытое или открытое). Использование обозначения «Фигаро» – составной части фирменного наименования ЗАО «Корпорация» – без указания на организационно-правовую форму и тип общества не может рассматриваться как использование фирменного наименования, являющегося средством индивидуализации коммерческой организации.

Согласно п.1 ст. 4 Закона о товарных знаках владелец имеет исключительное право пользоваться и распоряжаться товарным знаком, а также запрещать его использование другими лицами, т.е. товарный знак является объектом исключительного права и в этом качестве приравнен Законом к результатам интеллектуальной деятельности. Согласно п. 2 ст. 4 Закона о товарных знаках, нарушением прав владельца товарного знака признается, в частности, несанкционированное применение товарного знака (знака обслуживания) в отношении однородных товаров (услуг).

ЗАО «Комбинат» не передавало ЗАО «Корпорация» право на использование своего товарного знака. Таким образом, использование ЗАО «Корпорация» обозначения «Фигаро», идентичного товарному знаку по свидетельству № 184884, в качестве средства индивидуализации оказываемых им услуг, однородных с услугами, для которых знак зарегистрирован, незаконно.

Учитывая изложенное, комиссия признала, что действия ЗАО «Корпорация Фигаро», выразившиеся в оказании услуг общественного питания с использованием обозначения «Фигаро» помимо состава своего фирменного наименования без согласия владельца товарного знака по свидетельству № 184884 нарушают ст. 10 Закона о конкуренции на товарных рынках.

2. МАП России по собственной инициативе возбудило дело о недобросовестной конкуренции ЗАО «Мосазервинзавод». ЗАО «Мосазервинзавод» производит и продает вермут белый (виноградное специальное ароматизированное крепкое белое вино) «Martuni».

Компании «Мартини энд Росси СпА» на основании международной регистрации товарного знака № 678883 от 18 августа 1997 г. принадлежат исключительные права на комбинированный товарный знак, содержащий словесное обозначение «Martini». На территории Российской Федерации официальным дистрибьютором алкогольного напитка «Martini» является ООО «Бевериджиз энд Трейдинг».

Из письма Роспатента следует, что этикетка алкогольного напитка «Martuni» сходна до степени смешения с упомянутым товарным знаком, принадлежащим компании, которая не предоставляла ЗАО «Мосазервинзавод» право на использование товарного знака по указанному свидетельству. Кроме того, представители компании заявили, что обращались к ЗАО с требованием прекратить использование упомянутых этикеток, но оно не было выполнено. На заседании комиссии ЗАО представило патент на промышленный образец – этикетку вина «Martuni» по свидетельству № 48117. Однако данный промышленный образец существенно отличается от этикетки, используемой им на алкогольном напитке «Martuni».

Комиссия МАП России, рассмотрев дело, признала действия ЗАО «Мосазервинзавод», выразившиеся в использовании этикетки, сходной до степени смешения с товарным знаком по свидетельству о международной регистрации № 678883, нарушающими ст. 10 Закона о конкуренции на товарных рынках, и приняла решение выдать предписание о прекращении нарушения антимонопольного законодательства.

3. АО «Данди Сакыз Ве Щекерлеме Санаи» (заявитель), зарегистрированное в соответствии с законодательством Турции, осуществляет производство и продажу на российском рынке жевательных резинок «Love is…». На их упаковке и обертке используется комбинированный товарный знак (включающий словесный элемент «Love is»), охраняемый на территории Российской Федерации (свидетельство № 140603).

ООО «КФ Меньшевик» осуществляло производство и продажу жевательной резинки под названием «Life is … Life», что подтверждалось, в частности, информацией на ее упаковке и объяснениями представителей ООО.

МАП России обратилось в Роспатент с просьбой дать заключение о степени сходства упаковки и обертки жевательной резинки «Life is … Life» с упомянутым товарным знаком по свидетельству № 140603. Из ответа следовало, что упаковка и обертка жевательной резинки «Life is … Life» сходны до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 140603. Вместе с тем из заявления вытекало, что АО «Данди Сакыз Ве Щекерлеме Санаи» не предоставляло ООО «КФ Меньшевик» право на использование указанного товарного знака.

Использование ООО при продаже жевательной резинки «Life is … Life» упомянутых упаковки и обертки нарушает исключительное право заявителя на соответствующий товарный знак и является незаконным. Согласно ст. 10 Закона о конкуренции на товарных рынках не допускается недобросовестная конкуренция в форме продажи товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполнения работ, услуг.

Учитывая изложенное, комиссия признала, что действия ООО «КФ Меньшевик», выразившиеся в производстве и продаже жевательной резинки с несанкционированным правообладателем использованием товарного знака по свидетельству № 140603, нарушают упомянутую статью Закона. ООО «КФ Меньшевик» было выдано предписание о прекращении нарушения антимонопольного законодательства.

Не согласившись с выводами комиссии МАП России, ООО «КФ Меньшевик» обратилось в арбитражный суд с иском о признании недействительным вынесенного решения. Арбитражный суд первой инстанции его удовлетворил. Основные выводы суда состояли в следующем.

Согласно ст. 45 Закона о товарных знаках споры, связанные с применением данного закона, рассматриваются в порядке, установленном законодательством, судами в соответствии с их компетенцией, включая споры о нарушении исключительного права на товарный знак. Вместе с тем МАП России сделало вывод о нарушении ООО «КФ Меньшевик» ст. 4 этого Закона на основании письма Роспатента, что было признано судом неправомерным.

На заседании суда истец представил решение Роспатента о регистрации словесного товарного знака «Life is Life». В связи с этим суд посчитал, что ООО «КФ Меньшевик» при производстве и реализации жевательных резинок использовало не чужую, а свою интеллектуальную собственность. Сделав такие выводы, суд констатировал, что при вынесении решения и предписания МАП России превысило свои полномочия и нарушило права и законные интересы истца, поскольку не представило документы, подтверждающие факт признания судом либо арбитражным судом нарушения истцом чужого исключительного права.

Апелляционная инстанция арбитражного суда г. Москвы подтвердила законность и обоснованность решения суда первой инстанции.

МАП России обратилось с кассационной жалобой на решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции. Федеральный арбитражный суд Московского округа отменил указанные акты Арбитражного суда г. Москвы и принял новое решение об отказе ООО «КФ Меньшевик» в иске. Основные выводы кассационной инстанции заключаются в следующем.

МАП России при принятии решения и предписания исходило из нарушения истцом ст. 10 Закона о конкуренции на товарных рынках, согласно которой недобросовестной конкуренцией является продажа товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполнения работ, услуг. Из ст. 3 этого Закона следует, что одной из функций антимонопольного органа является предупреждение и пресечение недобросовестной конкуренции. Следовательно, в рамках рассмотрения дел о нарушениях ст. 10 Закона антимонопольный орган с целью квалификации действий как недобросовестной конкуренции вправе решать вопрос о законности использования результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации продукции. В свою очередь, проверка наличия обстоятельств применения ст. 10 Закона возлагается на арбитражный суд.

Ссылка в решении и постановлении арбитражного суда г. Москвы на ст. 45 Закона о товарных знаках, устанавливающую, что споры, связанные с применением данного Закона, рассматриваются судом, необоснованна, так как при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства МАП России не разрешало подобный спор.

Неправильным применением указанной статьи также обусловлен вывод арбитражного суда о недопустимости использования в качестве доказательства письма Роспатента. Данное доказательство отклонено необоснованно. Вместе с тем из письма Роспатента следует, что обертка и упаковка жевательной резинки, производимой ООО «КФ Меньшевик», сходны до степени смешения с товарным знаком компании «Данди Сакыз Ве Щекерлеме Санаи». Доказательств, опровергающих выводы компетентного государственного органа в области товарных знаков о степени сходства указанных обозначений, в материалах дела нет. При этих обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций необоснованно пришли к выводу об отсутствии в действиях ООО «КФ Меньшевик» нарушения ст. 10 Закона о конкуренции на товарных рынках.

На основании указанных выводов Федеральный арбитражный суд Московского округа принял новое решение, которым отказал ООО «КФ Меньшевик» в иске.


[1] См.: Патенты и лицензии. 2002. № 11. С. 55.