Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Патентные договоры: правовое регулирование

Э.П.Гаврилов - заведующий кафедрой гражданско-правовых дисциплин Института международной торговли и права, проф., докт. юрид. наук.

О понятии «патентный договор»

Термин «патент» употребляется очень широко. Он означает документ, предоставляющий его владельцу определенные права.

В сфере интеллектуальной собственности патенты применяются как документы, удостоверяющие права на изобретения, полезные модели, промышленные образцы. Поскольку две последние категории играют более скромную роль по сравнению с изобретениями, остановимся на изобретениях, тем более что правовая охрана промышленных образцов, и особенно полезных моделей, сходна с охраной изобретений.

Таким образом, употребляя термин «патент» мы будем иметь в виду патент на изобретение, а употребляя термин «патентные договоры» – договоры, касающиеся прав на запатентованные изобретения.

При этом в настоящей статье не будут рассматриваться договоры, касающиеся прав на еще не запатентованные изобретения, хотя эти договоры (к их числу относятся договоры на служебные изобретения (п. 2 ст. 8 Патентного закона)) тоже представляют большой интерес. Не будут рассматриваться и принудительные лицензии (п. 3 и 4 ст. 10).

Исключительное право на изобретение и патентные договоры

В п. 2 ст. 3 Патентного закона устанавливается, что патент на изобретение удостоверяет приоритет, право авторства и исключительное право на изобретение.

Однако приоритет не является каким-либо самостоятельным правом, это – часть права на изобретение, а авторство на изобретение – это личное право, принадлежащее автору, а не патентообладателю. Даже в случаях, когда автор является одновременно и патентообладателем, эти два правомочия не соединяются: автор-патентообладатель выступает как двуликий бог Янус, а не как единый Бог в двух лицах.

Единственное имущественное право, принадлежащее патентообладателю (далее будем также называть его «владельцем»), – исключительное право на изобретение. Его содержание, смысл раскрыты в ст.10 Закона: исключительное право на изобретение – это исключительное право на использование изобретения. Право на изобретение, принадлежащее владельцу патента, сводится к исключительному праву на использование изобретения и ничего более в свой состав не включает.

Права на изобретение являются разновидностью имущественных прав – одного из объектов гражданских прав (ст. 128 ГК РФ). Эти права не изъяты из оборота и не ограничены в обороте, а потому в соответствии с п. 1 ст. 129 ГК РФ они могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица) либо иным способом.

Это общее указание применительно к оборотоспособности исключительного права на использование изобретения конкретизировано в п. 5 и 6 ст. 10, в ст. 12 и 13 Патентного закона.

Патентный договор – это договор, который передает права на использование изобретения, принадлежащие одной стороне, другой стороне договора. Передача прав может быть полной, и тогда она именуется уступкой прав (цессией), либо частичной, тогда она именуется предоставлением определенных патентных прав, как это имеет место в лицензионных договорах.

Правовое регулирование патентных договоров заключается в том, что к ним прежде всего применяются общие положения гражданского права о договорах (ст. 420 – 453 ГК РФ), а к обязательствам, возникающим из патентных договоров, применяются общие положения об обязательствах (ст. 307 – 419 ГК РФ). Кроме того, к патентным договорам должны применяться и некоторые нормы, содержащиеся во II части ГК РФ, о которых будет сказано ниже.

Далее, патентные договоры регулируются Патентным законом и прежде всего нормами ст. 10 и 13. Наконец, говоря о правовом регулировании этих договоров, нельзя не упомянуть Правила регистрации договоров о передаче исключительного права на изобретение, полезную модель, промышленный образец, товарный знак, знак обслуживания, зарегистрированную топологию интегральной микросхемы и права на их использование, полной или частичной передаче исключительного права на программу для электронных вычислительных машин и базу данных (далее – Правила регистрации договоров), утвержденные приказом Роспатента от 29 апреля 2003 г. № 64[1]. Этим, по сути дела, оно и ограничивается.

Разумеется, что кроме правового регулирования имеется практика заключения таких договоров, включающая обычно применяемые приемы составления договоров, оговорки и даже устоявшиеся формы таких договоров.

Знание практики – чрезвычайно полезно и желательно, но знание правового регулирования – совершенно необходимо, поскольку несоблюдение правовых норм может сделать договор недействительным или повлечь применение имущественных санкций.

Виды патентных договоров

Попытаемся ответить на вопрос: какие виды патентных договоров могут существовать на практике?

В Патентном законе прямо указаны следующие три вида:
   договор о полной уступке патентных прав;
   договор исключительной лицензии;
   договор неисключительной лицензии.

Кроме того, ГК РФ предусмотрено еще два вида договоров, по которым может происходить передача исключительных прав (в число которых входят и патентные права):
   договоры доверительного управления;
   договоры коммерческой концессии и коммерческой субконцессии.

Необходимо учитывать также следующие обстоятельства. Во-первых, патентные права являются разновидностью имущественных прав, а потому, если закон указывает на виды договоров относительно имущественных прав, то эти договоры могут относиться и к патентным правам. Во-вторых, ст. 421 ГК РФ допускает заключение договоров, не предусмотренных законом или иными правовыми актами.

С учетом этого назовем следующие виды патентных договоров:
   договор о полной и частичной уступке патентных прав;
   договор о совместном обладании патентными правами, в том числе простого товарищества;
   договоры о реорганизации юридических лиц;
   учредительные договоры с передачей патентных прав в качестве вклада в складочный капитал полных и коммандитных товариществ, в уставной капитал общества с ограниченной ответственностью или акционерного общества, в качестве паевого взноса в производственный кооператив, в имущество унитарного предприятия, фонда, учреждения;
   договор залога патентных прав;
   сублицензионные договоры.

Все эти договоры меняют либо фигуру патентообладателя, либо – правовой режим использования патентных прав.

Полная уступка патентных прав (п. 5 ст. 10 Патентного закона) заключается в том, что патентообладатель лишается всех принадлежащих ему прав, которые передаются новому владельцу. К последнему переходят и все связанные с патентом обязанности.

Такой договор может быть возмездным или безвозмездным. При этом если договор заключается как безвозмездный, это обстоятельство следует прямо указать в договоре, иначе он будет считаться возмездным (ст. 423 ГК РФ).

Возмездный договор о полной уступке патентных прав является по своей сути договором о продаже имущественных прав.

Как известно, п. 4 ст. 454 ГК РФ предусматривает, что к продаже имущественных прав применяются общие положения о договорах купли-продажи (ст. 454 – 491 ГК РФ). Здесь содержатся многочисленные нормы, применяемые к этим договорам.

Патентные права действуют в течение 20, а в некоторых случаях максимально 25 лет, считая с даты подачи заявки. Но этот срок не является сроком действия договора об уступке патентных прав. Договор считается исполненным в момент государственной регистрации, после чего нельзя говорить, что договорные обязательства продолжают действовать. Содержащееся в таких договорах указание, что договор заключен на весь срок действия патентных прав, ошибочно.

Частичная уступка патентных прав также возможна, если формула изобретения состоит из двух или более пунктов. Любой пункт формулы изобретения (как независимый, так и зависимый) может рассматриваться как самостоятельное изобретение, и потому право на него может быть уступлено независимо от права на другие пункты формулы.

Договоры о совместном владении патентными правами состоят в следующем: любой патентообладатель вправе продать или передать другому лицу часть (например, 10, 50%) своих патентных прав. При этом возникает явление, напоминающее «общую собственность» (глава 16 ГК РФ): совладельцы патентных прав будут осуществлять свои права совместно, так, как это определено их соглашением, а при его отсутствии – в порядке, определенном законом. Такое совместное владение возникает, в частности, при заключении договоров простого товарищества (глава 55 ГК РФ), когда в качестве вклада стороны договора – товарища выступают патентные права.

Лицензионные договоры – самые распространенные патентные договоры. Как следует из п. 1 ст. 13 Патентного закона патентообладатель (именуемый в договоре лицензиар) «обязуется предоставить право на использование охраняемого изобретения … в объеме, предусмотренном договором, другому лицу (лицензиату), а последний принимает на себя обязанность вносить лицензиару обусловленные договором платежи и (или) осуществлять другие действия, предусмотренные договором».

Приведенное выше определение лицензионного договора далеко от совершенства.

Невозможно понять, почему лицензиар «обязуется» предоставить право на использование изобретения, а не просто «предоставляет право»? Далее, очевидно, что если лицензиат «принимает на себя обязательство вносить лицензиару обусловленные договором платежи», то договор является возмездным. Вместе с тем Закон допускает и безвозмездные лицензионные договоры, поскольку под «действиями, предусмотренными договором», которые должен осуществлять лицензиат, не обязательно подразумеваются действия, влекущие получение лицензиаром встречного предоставления. Под это определение подпадают и другие действия.

Еще большие замечания вызывает предлагаемая Законом классификация лицензионных договоров. Норма второго абзаца п. 1 ст. 13 делит эти договоры на два вида: договор исключительной лицензии и договор неисключительной лицензии.

Закон говорит о том, что «при исключительной лицензии лицензиату передается право на использование изобретения … в пределах, оговоренных договором, с сохранением за лицензиаром права на его использование в части, не передаваемой лицензиату», а «при неисключительной лицензии лицензиар, предоставляя лицензиату право на использование изобретения … сохраняет за собой все права, подтверждаемые патентом, в том числе и на предоставление лицензий третьим лицам».

Хотя приведенные выше определения двух видов лицензионных договоров исходят из правильной идеи о том, что патентные права могут передаваться по лицензионному договору либо как исключительные, либо как неисключительные, сформулированы они совершенно неудовлетворительно. Для подтверждения проанализируем сами определения.

В определении исключительной лицензии указывается на то, что патентное право передается «в пределах, оговоренных договором». Это очень правильное указание. Договор действует только в этих пределах, а все, что за них выходит, для него безразлично, иррелевантно. Поэтому, когда в определении исключительной лицензии указывается, что лицензиар сохраняет за собой право на использование изобретения в той части, которая не передана лицензиату, то это указание ничего не поясняет, поскольку выходит за рамки договора. Кроме того, это указание может быть и неверным, если лицензиар по другому лицензионному договору уступил эту часть своих правомочий другому лицензиату.

Очевидно, давая определение исключительной лицензии, законодатель (здесь мы имеем в виду специалистов Роспатента) пытался установить, что при исключительной лицензии лицензиат получает исключительное право на использование изобретения в пределах, оговоренных договором, а лицензиар не вправе в этих пределах использовать изобретение и предоставлять лицензии на его использование третьим лицам.

Теперь перейдем к анализу определения неисключительной лицензии. Эта лицензия также действует только «в пределах, оговоренных в договоре», о чем следовало бы прямо сказать в Законе.

Выдавая неисключительную лицензию, лицензиар передает лицензиату неисключительное право и сохраняет за собой право в пределах, оговоренных в договоре, использовать изобретение, а также предоставлять третьим лицам лицензии на такое использование.

Очевидно, именно так и следует понимать содержащееся в Законе определение неисключительной лицензии.

Нельзя, однако, согласиться с тем, что, выдав неисключительную лицензию, лицензиар сохраняет за собой «все права, подтверждаемые патентом». Это элементарно неверно, поскольку патент закрепляет право владельца запрещать использование изобретения любым третьим лицам, а выдав неисключительную лицензию, лицензиар уже не может запретить лицензиату использовать изобретение в пределах, оговоренных в договоре. Это значит, что лицензиар не сохраняет за собой все патентные права.

Следует также пояснить выражение «пределы использования изобретения, оговоренные договором». Эти пределы могут быть указаны, например, следующим образом:
   лицензия может быть выдана на определенный срок (три года, 10 лет и т.п.);
   лицензия может устанавливать максимальный объем производства (до 10 станков в месяц);
   лицензия может относиться не ко всем, а лишь к некоторым пунктам формулы;
   лицензия может относиться только к некоторым видам продукции: патент выдан на способ приготовления пива, а лицензия касается только способа приготовления темного пива.

Анализируя определения двух указанных в Законе видов лицензионных договоров, нельзя не подчеркнуть, что по лицензионному договору патентные права могут передаваться либо как исключительные, либо как неисключительные.

В первом случае мы имеем дело с исключительной лицензией, в соответствии с которой лицензиат приобретает право запрещать всем третьим лицам использовать запатентованное изобретение (разумеется, в пределах, в которых он получил это право). Во втором случае – с неисключительной лицензией, в соответствии с которой лицензиат не вправе предъявлять третьим лицам никаких претензий по поводу использования изобретения.

Исключительное право может принадлежать определенному лицу, несмотря на то, что некоторое число других лиц (оно может быть довольно большим) имеет неисключительные права на использование изобретения.

Выдавая исключительную лицензию, лицензиар может либо сохранить за собой неисключительное право на использование изобретения в пределах, оговоренных договором (например, право изготавливать до 10 станков в месяц), либо не сохранить его за собой. Сущность лицензии как исключительной при этом не меняется. Главная черта исключительной лицензии – получение лицензиатом права запрета использования изобретения внедоговорным пользователям, нарушителям.

Как отметил Президиум Высшего арбитражного суда Российской Федерации применительно к авторским правам, исключительное право и право запрета неразрывно друг с другом связаны и не могут быть разделены[2].

В этой связи нельзя не отметить серьезных неточностей, содержащихся в ст. 14 Закона, посвященной нарушению патента. П. 3 этой статьи гласит: «Требования к нарушителю патента могут быть заявлены также обладателем исключительной лицензии, если иное не предусмотрено лицензионным договором».

В этой норме две ошибки: фактически лицензионный договор, предусматривая передачу лицензиату от патентообладателя исключительного права на использование изобретения, во-первых, тем самым лишает патентообладателя права предъявлять претензии к нарушителю этих прав и, во-вторых, не может содержать оговорки о лишении лицензиата права защищать свои исключительные права. П. 3 ст. 14 Закона следовало бы срочно изменить.

Заканчивая рассмотрение договоров исключительной и неисключительной лицензии, отметим, что патентные права делимы по самым различным основаниям (времени, предмету и т.п.). В этой связи нельзя исключать, что часть патентных прав может быть предоставлена по лицензионному договору как исключительные права, а другая часть – как неисключительные права. Или на часть срока договора права будут предоставлены как исключительные, а на последующий срок – как неисключительные.

По нашему мнению, такое возможно: второй абзац п. 1 ст. 13 Закона нельзя понимать как ограничивающий свободу усмотрения сторон при выборе условий лицензионных договоров.

По своей сути лицензионные договоры напоминают договоры аренды, а если они являются безвозмездными – договоры безвозмездного пользования имуществом. В этой связи нельзя исключать применения к ним по аналогии общих положений о договорах аренды и норм договоров безвозмездного пользования. Однако такое применение может осуществляться сторонами договора или судом, а не ведомственными актами Роспатента.

Сублицензионные договоры по сути не являются самостоятельным видом патентных договоров. Это разновидность лицензионных договоров, где лицензиат по основному договору становится лицензиаром по договору сублицензии.

К договорам сублицензии применимы нормы п. 1 и 5 ст. 13 Патентного закона.

Договоры залога. Поскольку имущественные права могут быть предметом залога (ст. 336 ГК РФ), в отношении патентных прав может быть заключен договор о залоге. Залогодателем как по исключительной, так и по неисключительной лицензии может выступать патентообладатель или лицензиат. К договорам залога патентных прав применяются нормы ст. 334 – 356 ГК РФ.

Договоры доверительного управления. По прямому указанию ст. 1013 ГК РФ объектом доверительного управления могут быть исключительные, а следовательно, и патентные права. Такие договоры регулируются главой 53 ГК РФ.

Аналогичные указания на исключительные права имеются и в договорах коммерческой концессии (глава 54 ГК РФ). Более того, ст. 1028 ГК РФ упоминает о том, что предметом договора коммерческой концессии могут быть объекты, охраняемые в соответствии с патентным законодательством.

Сторонами патентных договоров могут быть любые физические и юридические лица. В литературе высказывалось мнение, что лицензиатом в лицензионном договоре может быть только юридическое лицо или гражданин-предприниматель[3]. Это мнение на законе не основано.

Не являются патентными договоры, не влекущие передачи патентных прав, например, договоры о том, что одна сторона (патентообладатель) производит или поставляет запатентованный продукт, а другая сторона его продает.

Государственная регистрация патентных договоров

П. 5 ст. 10 Патентного закона предусматривает регистрацию в Роспатенте договоров об уступке патента. Без такой регистрации договор считается недействительным.

П. 5 ст. 13 Закона обязывает регистрировать в Роспатенте лицензионный договор на использование запатентованного изобретения под страхом его недействительности. Наконец, в п. 2 ст. 1028 ГК РФ устанавливается, что договор коммерческой концессии объекта, охраняемого в соответствии с патентным законодательством, подлежит регистрации в федеральном органе исполнительной власти в области патентов и товарных знаков. При несоблюдении этого требования договор считается ничтожным. Это последнее правило в силу п. 5 ст. 1029 ГК РФ распространяется и на договоры коммерческой субконцессии.

Регистрация патентных договоров в Роспатенте является государственной регистрацией (ст. 164 ГК РФ). При этом имущественные права на запатентованные изобретения следует приравнять к движимому имуществу.

В соответствии с п. 23 Правил регистрации договоров при регистрации патентного договора в официальном бюллетене Роспатента публикуются следующие сведения:
   дата и номер регистрации договора;
   определение сторон договора;
   предмет договора;
   объем передаваемых прав.

Фактически наиболее доступным источником сведений о зарегистрированных патентных договорах является журнал «Патенты и лицензии», который, хотя и не является официальным изданием Роспатента, взял на себя благородную задачу публикации таких сведений.

Ни ГК РФ, ни Патентный закон, ни какой-либо иной российский закон не предусматривают (по крайней мере прямо) государственную регистрацию других видов патентных договоров.

Из этого факта могут быть сделаны разные выводы. Во-первых, о том, что другие виды патентных договоров могут существовать, но они не должны проходить обязательную государственную регистрацию. Вторая точка зрения состоит в том, что другие виды патентных договоров не могут заключаться, поскольку закон не предусматривает их государственную регистрацию. Наконец, имеет право на существование и третья точка зрения: все виды патентных договоров подлежат государственной регистрации.

Первая точка зрения отражена в ведомственных документах Роспатента: Правила регистрации договоров предусматривают регистрацию договоров уступки патента, лицензионных патентных договоров, а также договоров коммерческой концессии и коммерческой субконцессии.

Кроме того, п. 22 Правил предусматривает факультативную, т.е. необязательную регистрацию сублицензионных договоров. Отметим, что смысл обязательной государственной регистрации патентных договоров понятен: обеспечение достоверности и полноты содержащихся в Государственном реестре изобретений Российской Федерации сведений о патентных правах. Факультативная регистрация этих целей не выполняет, а потому ее смысл неясен.

Допуская возможность регистрации сублицензионных договоров, Роспатент тем самым предусмотрел возможность существования незарегистрированных сублицензионных договоров, и хотя Правила регистрации договоров не упоминают других видов патентных договоров, очевидно, что Роспатент допускает их заключение и действие без государственной регистрации.

Более того, можно предположить, что если в Роспатент поступят на регистрацию какие-либо «непривычные» патентные договоры (например, договор залога патентных прав, договор простого товарищества или договор доверительного управления), то патентное ведомство вынесет решение об отказе в их регистрации. Такое решение явилось бы ошибкой, которую должен будет исправить суд.

Вторая точка зрения состоит в том, что поскольку для других патентных договоров государственная регистрация не предусмотрена законом, они вообще не могут существовать. Эту точку зрения высказала Е.В.Зубкова сначала в отдельных статьях, а затем в кандидатской диссертации 2002 г. Ее выводы относятся к договорам доверительного управления, однако они применимы и к другим патентным договорам: «Для того, чтобы использование договора доверительного управления применительно к управлению исключительными правами стало возможно, необходимо внесение изменений в Патентный закон …, позволяющих предоставить право совершения юридических действий с исключительными правами не только непосредственно обладателю исключительных прав, но и лицу, управляющему этими правами по договору доверительного управления»[4].

Следовательно, основной ее вывод состоит в том, что поскольку для других патентных договоров государственная регистрация не предусмотрена, исполнение (а следовательно, и заключение) таких договоров становится невозможным. Этот парадоксальный вывод ставит всю ситуацию «с ног на голову». Всегда считалось и считается, что государственная регистрация обслуживает гражданский оборот; регистрация не может устанавливать рамки, правила гражданского оборота. Поэтому с этой точкой зрения невозможно согласиться.

Считаю правильной третью точку зрения. В настоящее время все патентные договоры подлежат обязательной государственной регистрации, без которой они являются ничтожными.

Эта точка зрения основывается на том, что любой патентный договор меняет либо патентообладателя, либо правовой режим использования патентных прав. Следовательно, все патентные договоры сводятся к полной или частичной уступке патентных прав.

Таким образом, патентные договоры о внесении патентных прав в качестве вклада в имущество юридического лица, договоры простого товарищества, договоры об уступке прав на некоторые (не все!) пункты патентной формулы – все они подпадают под нормы п. 5 ст. 10 Патентного закона.

Другие патентные договоры: о залоге патентных прав, сублицензии, доверительном управлении патентными правами, коммерческой концессии, имеющей объектом патентные права, – все они должны регистрироваться в соответствии со ст. 13 Закона, поскольку содержат элементы лицензионных договоров.

Полагаю, нормы ст. 1028 ГК РФ, устанавливающие обязанность регистрации договоров коммерческой концессии, если их объект охраняется патентным законодательством, лишь повторяют и подкрепляют нормы ст. 13 Патентного закона. Строго говоря, эти нормы в указанной статье не нужны.

Предмет патентного договора

Патентный договор называется патентным как раз потому, что его предметом являются патентные права. Но обычно этим предметом он не ограничивается. Наряду с ним у патентного договора появляются и другие предметы.

Договоры об уступке патентных прав и лицензионные договоры обычно сочетаются с передачей (предоставлением) секретов производства (коммерческих секретов, ноу-хау).

Договоры простого товарищества включают условия о деятельности самих товарищей.

Содержание договора доверительного управления имуществом не ограничивается передачей имущества в доверительное управление. Основа этого договора – определение круга действий, которые обязан осуществлять доверительный управляющий.

Наконец, предмет договора коммерческой концессии никогда не сводится к патентным правам. Кроме того, предметом такого договора является право использования фирменного наименования и охраняемой коммерческой информации правообладателя – стороны договора.

По сути дела во всех этих случаях с точки зрения патентного права имеет место заключение смешанного договора (п. 3 ст. 421 ГК РФ). Патентно-правовые элементы этого смешанного договора подлежат регистрации в Роспатенте.

Некоторые практические вопросы регистрации патентных договоров

Подача заявления. В соответствии с п. 20 Правил регистрации договоров заявление о регистрации договора об уступке патента или лицензионного договора подается патентообладателем. Это значит, что такое заявление не может быть подано ни лицом, приобретающим патентные права, ни лицензиатом. Такое ограничение прав одной из сторон договора принципиально неверно. Оно необоснованно и никакими практическими или теоретическими мотивами не может быть оправдано.

Стороны любого гражданского договора равноправны. При этом любая из сторон может быть более заинтересована в регистрации договора, нежели другая. Поэтому регистрирующий орган должен принимать заявления о регистрации от любой стороны договора.

Содержащаяся в настоящее время в Правилах регистрации договоров норма, ущемляющая права нового патентообладателя и лицензиата, выглядит еще более странно, если учесть, что в п. 25 тех же Правил установлено, что заявление о регистрации договоров, касающихся товарных знаков, может подаваться не только правообладателем, но и лицом, которому передается право.

Регистрация сублицензионных договоров обставлена одним дополнительным условием. В соответствии с п. 22 Правил лицензионный договор может быть зарегистрирован, «если лицензионным договором предусмотрено право лицензиата разрешать третьим лицам использование [запатентованного изобретения] на условиях сублицензии, согласованных им с правообладателем либо определенных в лицензионном договоре». Указанная оговорка повторяет норму, содержащуюся в п. 1 ст. 1029 ГК РФ, относящейся к коммерческой субконцессии.

Таким образом, норма ГК РФ, относящаяся к одному виду договора – коммерческой субконцессии – была распространена ведомственным нормативным актом на другой вид договоров – сублицензионные. Но Роспатенту не было предоставлено право экстраполировать действие этой специальной нормы ГК РФ.

В этой связи становится очевидной незаконность п. 22 и аналогичного ему п. 29 Правил регистрации договоров.

Срок осуществления регистрации. Правила регистрации договоров в п. 15 увеличили ранее установленный полуторамесячный срок до двух месяцев.

Если учесть, что Роспатент при регистрации должен проверить всего лишь четыре-пять формальных позиций, содержащихся в представленных документах, то нельзя не признать, что этот срок непомерно велик. К тому же, как это отмечается в публикациях[5], этот срок зачастую нарушается, и регистрация затягивается на полгода, даже если никакие дополнительные материалы у заявителя не запрашиваются. Объясняется это, на наш взгляд, тем, что на Роспатент не накладывается никаких санкций за его несоблюдение, хотя такие санкции в современных рыночных отношениях вполне уместны (например, возврат части пошлины).

Несоблюдение установленного срока регистрации патентных договоров может принести убытки сторонам (стороне) договора. Думается, что их можно взыскать с Роспатента.


[1] Патенты и лицензии. 2003. № 7. С. 55.
[2] Информационное письмо Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 28 сентября 1999 г. № 47. П. 7//Патенты и лицензии. 1999. № 12. С. 35.
[3] Субботина О.М. Лицензионный договор на использование запатентованного изобретения, полезной модели, промышленного образца/ В кн.: Российское патентное право. Патентный закон РФ. Библиотечка «Российской газеты». 2003. Вып. 9. С.127.
[4] Доверительное управление исключительными правами: возможности и проблемы//ИС. 2001. № 5. С. 40.
[5] См., например: Зарубинский Г.М. Государственная регистрация лицензионных договоров: теория и практика//Патенты и лицензии. 2002. № 7. С. 31.