Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Регистрация объектов авторского права в качестве товарных знаков

Данилина Елена Александровна

Е.А.Данилина - патентный поверенный, канд. юрид. наук.

Если в качестве товарного знака используется повсеместно известное обозначение, например, название телесериала или образ из культового фильма, то такое обозначение будет обладать дополнительной ценностью уже в момент организации начала рекламной кампании фирмы. Использование подобных обозначений обеспечивает фирме быстрый прорыв на рынке.

Товарные знаки в виде знаменитых персонажей стали элементами мерчендайзинга, а в зарубежном праве интеллектуальной собственности в последнее время появилось понятие "лицензируемых обозначений", то есть обозначений, регистрируемых в качестве товарных знаков только с целью продажи в дальнейшем лицензии на их использование.

Подобный мерчендайзинговый подход критикуют за то, что в процессе использования товарных знаков, представляющих собой обозначения, обладающие самостоятельной художественной или исторической ценностью, происходит размывание впечатления от исходного художественного произведения или исторического персонажа.

Например, применение обозначения "Наташа Ростова" на упаковке духов снижает впечатление от возвышенного образа героини романа, а привычка называть коньяки и пирожные словом "Наполеон" вредит имиджу знаменитого исторического лица. Тем не менее, для владельцев прав на подобные обозначения настолько привлекательна в финансовом смысле регистрация их в качестве товарных знаков с целью последующего лицензирования, что соображения выгоды преобладают.

Для иллюстрации вышесказанного можно привести ряд примеров регистрации в качестве товарных знаков имен персонажей литературных произведений, осуществляемой авторами-правообладателями с целью продажи лицензии, либо осуществляемой правомочно с разрешения автора фирмой, намеренной использовать такое обозначение в коммерческой деятельности: "Малыш и Карлсон", "Старик Хоттабыч", "Кот Матроскин" и другие подобные товарные знаки, надо полагать, с успехом выполняют свои мерчендайзинговые функции.

Обычно объем юридических притязаний, выраженный в перечне классов товаров и услуг, по подобным знакам бывает очень широк и изучение перечня позволяет сделать вывод о целях лицензирования, преследуемых заявителем.

В правовом смысле, регистрация товарного знака с целью продажи лицензии в России может противоречить нормам о передаче права на обозначение, содержащимся в Законе Рф "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров". Лицензионный договор, согласно Закону, должен содержать указание на контроль качества товаров лицензиата, осуществляемый лицензиаром. В случае "лицензируемых" знаков, когда лицензиар зачастую не собирается сам выпускать продукцию под зарегистрированным обозначением, предусмотренный Законом контроль теряет всякий смысл. Об этом писала Е.Ермакова в статье "Необходима ли государственная регистрация лицензионных договоров?", опубликованной в "ИС" №2 за 2001 год.

В США, при подаче заявки на товарный знак, содержащий знаменитый образ, следует представить доказатеьства использования обозначения заявителем (статья Lois R. Fishman. "Tips for Artists, Writers and Entertainment Industry Applicants", напечатанная в журнале 'Trademark World' в ноябре 1992 года).

Большой объем "лицензируемых" знаков, предложения к продаже которых мы видим на страницах журналов, например, в журнале "Интеллектуальная собственность" №2 за 2001 год на странице 47, показывает, что две категории обозначений - регистрируемых истинными производителями товаров и услуг и региструемых с целью перепродажи, функционируют на рынке совершенно по-разному.

Известно, что самые интересные проблемы возникают обычно на стыке наук и решаются с привлечением разных отраслей знаний. В данном случае сложность проблемы состоит в установлении объекта правовой охраны, ведь одно и то же обозначение выступает в двух ипостасях, как зарегистрированный товарный знак и как авторско-правовой объект.

Закон РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" содержит статью 7, положения которой касаются наличия авторских прав в регистрируемом обозначении, однако полную расшифровку правовых категорий, определяющих объекты авторского права, дает Закон РФ "Об авторском праве и смежных правах". Поэтому приходится прибегать к аналогии права и применять все имеющиеся в законодательстве толкования.

Если обратиться к исторической ретроспективе, то можно сделать вывод о том, что в 19 веке многие русские юристы рассматривали проблемы авторского права и очень серьезно изучали этот вопрос. Русская дореволюционная юридическая мысль представляет оптимальный в смысле соотношения интересов общества и творца подход. Именно в работах ведущих русских юристов И.Г.Табашникова, Г.Ф.Шершеневича, А.Ф.Кони положена основа для разделения понятия идеи и воплощенного, созданного в материальной форме, объекта. Идея может прийти сразу нескольким людям и не защищается авторским правом, а вот воплощение идеи, материальная форма произведения, бесспорно, подлежит защите. Само определение понятия "произведение" по-разному трактуется разными учеными. Общее в их воззрениях - это трактовка произведения как результата творчества, несущего в себе отражение индивидуальности автора.

В настоящее время в России проходит множество судебных процессов, в которых известные люди или их наследники добиваются успехов в деле отстаивания как своих финансовых интересов, так и удовлетворения авторских амбиций.

Если мысленно представить себе "линейку авторов", построенную по принципу интенсивности авторских притязаний, то распределение будет начинаться с абсолютно бескорыстного Льва Толстого, центр будет принадлежать авторам, выдвигающим разумные требования к использованию своих произведений, и заканчиваться этот ряд будет курьезами явного присвоения авторства либо непомерных требований при весьма невысокой оригинальности авторского продукта.

В случаях претензий наследников возникает умозрительный вопрос, одобрил ли бы их предок подобные претензии? Особенно это касается авторов, творивших в советский период и зачастую безвозмездно или за небольшие деньги передававших результаты своего творчества обществу. В таких случаях возникает впечатление, что, выступая на словах за поддержку репутации доброго имени своего предка, наследники по сути вредят этой репутации, вызывая у современников какие-то негативные эмоции по отношению к автору-творцу.

Думается, что в таких случаях заявителям-истцам стоит сначала понять, а является ли спорный фрагмент действительно объектом авторского права или нет. И только после этого решаться на обнародование своих притязаний.

Но это оказывается самым трудным - определение статуса объекта в качестве объекта авторского права, выявление наличия или отсутствия в этом объекте требуемой законодательством оригинальности.

На мой взгляд, действующий Закон о товарных знаках не только плохо определяет авторско-правовые понятия (например, понятие "персонаж"), но и, что самое главное, вводит противоречие в само понимание товарного знака.

Самой первой статьей Закона о товарных знаках декларируется способность зарегистрированных обозначений служить различению товаров и услуг разных лиц, а в седьмой статье товарные знаки уже рассматриваются в качестве авторско-правовых объектов. Так что же должен отражать товарный знак - товар и услугу или авторскую индивидуальность? Думаю, что главным критерием для признания обозначения товарным знаком должен быть все-таки критерий наличия в обозначении различительных качеств.

Если проанализировать правовую сущность понятий, введенных в Закон РФ "Об авторском праве и смежных правах" - "произведение" и "часть произведения", а также понятий, введенных в Закон РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" - "название произведения", "цитата" и "персонаж", то можно прийти к выводу о том, что и название произведения и цитата из него могут представлять собой охраняемую законодательством часть произведения при условии их оригинальности, так как отнесение обозначения к категории "произведение" возможно только в случае наличия в этом обозначении самостоятельной художественной ценности.

С понятием "персонаж" гораздо сложнее разобраться. По сути дела то, что мы в обыденной жизни называем персонажем, скорее относится к области фабулы и сюжета произведения - то, как автор задумал тот или иной образ. Один и тот же персонаж литературного произведения, например, может быть по-разному трактован разными художниками (в случае создания иллюстрации), режиссерами (в случае создания фильма) или актерами как исполнителями одной и той же роли в разных фильмах. В сериале о Джеймсе Бонде каждый человек ищет те серии, где снимается любимый актер; один из нас представляет себе Бонда как именно Шона Коннери, а другой - только Пирса Броснана. Фотография того или другого в этой роли по сути отражает уже разные персонажи - произведение литературы воплотилось режиссером, а образ сыгран актером. Образ же Джеймса Бонда остался в сознании автора вместе с фабулой произведения.

Представим себе условную ситуацию, когда российский писатель И. Иванов создал произведение 'Сны ноббита', в котором описывает придуманный им мир, населяемый фантазийными человечками - ноббитами, наделенными особыми свойствами, например, ноббиты ходят на руках.

Возникает вопрос: если мы подаем на регистрацию в качестве товарного знака изображение литературного персонажа, то кому принадлежат авторские права? Распечатав в размере 8 на 8 сантиметров слово 'Ноббит' и подав его в качестве товарного знака на регистрацию, что мы подаем - думается, что слово 'Ноббит' является цитатой.

Распечатав в размере 8 на 8 сантиметров словосочетание 'Сны ноббита' и подав его в качестве товарного знака на регистрацию, что мы подаем - думается, что словосочетание 'Сны ноббита' является названием.

Распечатав в размере 8 на 8 сантиметров изображение забавного персонажа, стоящего на руках - мы подаем рисунок конкретного художника, имущественные права на который принадлежат конкретному издателю. Фантазийность, заключающаяся в способе передвижения ноббита, относится к области идей и зародилась в голове конкретного автора, но в данном случае заложена в персонаж опосредованно.

А если представить себе ситуацию, что дополнительно подан звуковой товарный знак, (по типу фразы "Ну, погоди" в исполнении А.Папанова), представляющий собой возглас ноббита из мультфильма - то правообладателями авторских прав, у которых надо брать разрешение на регистрацию товарного знака, будет являться студия. Причем Закон о товарных знаках не разделяет имущественные и личные неимущественные права и вследствие этого тоже могут возникнуть коллизии. Можно себе представить ситуацию, когда студия согласна передать права, а актер не согласен разрешить использование своего изображения или голоса.
Представляется, что в каждом конкретном случае проблему такого рода решить можно.

Однако наличие в Законе о товарных знаках формулировки понятия "персонаж", думается, создает возможность ненужных коллизий. Либо это понятие надо более точно определить, либо сформулировать рассматриваемый абзац статьи 7 Закона РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" более общими терминами.