Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Как "развести" объекты авторского права и товарные знаки?

Одна из актуальных проблем правовой охраны интеллектуальной собственности - "стыковые случаи", когда один и тот же объект может охраняться нормами различного вида исключительных прав. В условиях, когда эти нормы содержатся в различных специальных законах (в частности, об авторском праве, с одной стороны, и о товарных знаках, с другой), разрабатываемых специалистами различного профиля, создается ситуация "необработанности" стыков подотраслей или институтов гражданского права на доктринальном, законодательном и, как следствие, правоприменительном уровнях. Представляется, что одной из задач разрабатываемой III части ГК РФ и является "разведение" отдельных видов объектов исключительных прав. При этом, исходя из природы исключительных прав, по мнению автора, следует придерживаться следующих принципов:
   ни один из охраняемых законом видов исключительных прав не может быть ущербным по отношению к любому другому виду;
   при столкновении различных видов исключительных прав определяющим является старшинство во времени появления права.

Проанализируем с этих позиций законодательное и правоприменительное "разведение" двух видов объектов исключительного права: произведений и товарных знаков.

Законодательное разведение произведений (объектов авторского права) и товарных знаков осуществлено в ст. 7 Закона о товарных знаках, в соответствии с которой: "не регистрируются в качестве товарных знаков обозначения, воспроизводящие .... названия известных в Российской Федерации произведений науки, литературы и искусства, персонажи из них или цитаты, произведения искусства или их фрагменты без согласия обладателя авторского права или его правопреемников".

Естественно, что вопрос о столкновении, а следовательно, и о необходимом разведении прав возникает в случае, когда притязания на них принадлежат разным субъектам. Здесь рассматривается ситуация, когда обладатель авторского права не совпадает с владельцем (или заявителем) товарного знака. Не существует препятствий для регистрации в качестве товарного знака произведения обладателем авторского права на него или с его согласия.

Из цитированного фрагмента ст. 7 Закона о товарных знаках следует, что препятствовать регистрации товарного знака могут лишь объекты, на которые распространяется действующее авторское право. Если же таковое не возникло или прекратило свое существование, будучи ограниченным законом во времени, то и препятствий с этой стороны к регистрации объекта авторского права любым лицом в качестве товарного знака не будет. Так, пушкинская строка "Я помню чудное мгновенье" может регистрироваться как товарный знак, поскольку авторское право в отношении стихотворения, из которого она взята, уже не существует.

Что касается появления авторского права, то, как известно, оно возникает лишь в случае, если речь идет о произведении, являющемся оригинальным творческим результатом, обладающим объективной новизной"[1].

Данное положение принципиально значимо для рассматриваемой проблемы, поскольку товарные знаки чаще всего пересекаются с тем объектом авторского права, который является лишь фрагментом, частью произведения, в частности, с его названием. Отсюда и возникает не характерная для авторского права проблема - проблема новизны. Название литературного произведения, будучи ограниченным одним или несколькими словами, способно неоднократно повторяться разными авторами, в том числе и независимо друг от друга. Поэтому не случайно Закон об авторском праве содержит специальные предписания, касающиеся названий произведения.

В соответствии с п. 3 ст. 6 этого закона часть произведения (включая его название) сама по себе служит объектом авторского права, если представляет собой результат творческой деятельности и может использоваться самостоятельно. Соблюдение последнего условия присуще рассматриваемой ситуации, поскольку воспроизведение названия произведения в товарном знаке и есть его самостоятельное (в отрыве от произведения в целом) использование. Что касается творческой деятельности, то она имеет место в случае, если название произведения, имя персонажа и т.п. являются творческими, оригинальными. Этот вывод, вытекающий из правовой нормы, подтверждается и судебной практикой[2].

Односложное название произведения, взятое из живого языка, нельзя рассматривать как результат творческой деятельности. Поэтому название известного романа А.Фадеева "Метелица" может регистрироваться в качестве товарного знака и без согласия его правопреемников, поскольку оно всего лишь воспроизводит слово живого языка. (Достаточно вспомнить:"Вдоль по улице метелица метет"). Ситуацию, вероятно, не меняет и то, что название романа дано по имени одного из персонажей, а не по названию природного явления.

Название произведения как результат творческой деятельности возникает там и тогда, когда оно является именно произведением самого автора. Поэтому упомянутая выше пушкинская строка, будучи одновременно и названием стихотворения, является именно произведением. И если бы Александр Сергеевич или его правопреемники жили в наше время, это произведение могло бы быть зарегистрировано как товарный знак лишь с их согласия.

Анализируемая норма Закона о товарных знаках не допускает регистрацию в качестве товарного знака на имя третьих лиц произведений, которые "известны в Российской Федерации". При этом практика экспертизы такова, что под известностью у нас понимается не просто известность, а широкая известность, более того, общеизвестность. Представляется, что этот подход нарушает упомянутый выше принцип: никакое исключительное право не может быть ущербным по отношению к другому исключительному праву. Возникновение авторского права соответствующее законодательство не связывает с масштабностью обнародования произведения. Достаточно его выражения в какой-либо объективной форме, позволяющей иным лицам (помимо автора) ознакомиться с произведением. А коли так, то нет оснований в понятие известности произведения в законодательстве о товарных знаках вкладывать иной смысл, нежели вытекающий из законодательства об авторском праве. В противном случае неизбежна коллизия между двумя видами исключительных прав.

Представим вполне реальную ситуацию. Произведение, в котором впервые появляется новый персонаж, опубликовано местным издательством в городе N. Лицо, не являющееся автором произведения, регистрирует имя этого персонажа в качестве товарного знака. Хотя в случае оспаривания такой регистрации возражение будет отклонено из-за того, что произведение, а следовательно, и персонаж не являются широко известными, по существу эта регистрация не создает не только исключительного, но и права вообще пользоваться товарным знаком.

Дело в том, что владельцу авторского права в соответствии со ст. 16 Закона об авторском праве принадлежат исключительные права на использование произведения в любой форме и любым способом. Нанесение товарного знака на какой-либо товар или упаковку, равно как его использование в деловой переписке, в рассматриваемой ситуации будет нарушением исключительных прав на использование произведения, а следовательно, повлечет наступление ответственности нарушителя. Обладатель авторского права может требовать от нарушителя, в частности, прекращения действий, нарушающих его право, т.е. блокировать использование товарного знака, что делает его регистрацию бессмысленной.

В связи с этим обстоятельством нет оснований для толкования и применения ст. 7 Закона о товарных знаках так, как в настоящее время это делает экспертиза, подменяя прописанную в законе известность (факт обнародования произведения) широкой известностью. В защиту такого подхода выдвигается довод, что эксперт обычно знает лишь о широко известных произведениях, однако это не представляется убедительным. Анализируемая норма предназначена для применения не только, и даже не столько на стадии экспертизы заявленных обозначений, сколько для возможного оспаривания правомерности регистрации с нарушением авторских прав.

Рассмотрим иную ситуацию, когда регистрация произведения в качестве товарного знака осуществляется с согласия автора, а само произведение не является служебным. Это может иметь место, и на практике зачастую случается, когда знак разрабатывается в соответствии с гражданско-правовым договором, заключенным или непосредственно с автором, или с юридическим лицом, оказывающим услуги по разработке товарных знаков.

Здесь не рассматриваются случаи неквалифицированного составления договоров, не защищающих в полной мере права и интересы заказчика: на регистрацию заказываемого произведения в качестве товарного знака, на переход всех имущественных прав в отношении произведения, т.е. исключительного права на его использование в любой форме. Рассматривается объективная ситуация, обусловленная действующим российским авторским правом, согласно которому за автором произведения закрепляются непередаваемые и не отчуждаемые личные неимущественные права, которые могут вступить в противоречие с переданными заказчику указанными имущественными правами.

Из перечисленных в ст. 15 Закона об авторском праве видов личных неимущественных прав автора произведения право авторства и право на защиту репутации автора не препятствуют реализации другим лицом исключительных прав на произведение, чего нельзя сказать о праве на имя и праве на обнародование произведения. Право на имя (не совпадающее с правом авторства) означает способ указания имени автора при использовании произведения: с указанием имени автора, под псевдонимом или анонимно. Последнее возможно лишь с согласия автора. И поскольку будущий владелец товарного знака, естественно, не заинтересован в появлении на знаке каких-то идентифицирующих автора обозначений, отказ автора от указания его имени или псевдонима должен быть оговорен как существенное условие договора. Закон об авторском праве в ст. 15 прямо указывает на возможность включения такого условия в договор: "разрешать использовать произведение без обозначения имени, т.е. анонимно".

Проблема, не регулируемая договорными средствами, остается в отношении авторского права обнародовать произведение, включающего право разрешать обнародование, но одновременно и так называемое "право на отзыв".

Право на отзыв определено законом очень широко. Оно предусматривает не только отказ от ранее принятого решения об обнародовании произведения, но и возможность запретить его дальнейшее распространение, воспроизведение после уже состоявшегося обнародования произведения. При этом законом определено, что право автора на отзыв блокировано (не может быть использовано) в отношении служебных произведений. В отношении же неслужебных произведений, а именно их мы и рассматриваем, закон предусматривает на случай реализации автором права на отзыв возмещение правообладателю (пользователю) причиненных убытков, в том числе упущенной выгоды.

Представляется, что эти последствия для автора при их полноценной реализации правообладателем являются вполне адекватными действиям по реализации права отзыва. При этом следует иметь в виду, что если договором оговорено исключительное право заказчика на регистрацию произведения в качестве товарного знака, реализация права отзыва обернется для автора одними убытками, так как "продать" его другому лицу для регистрации в качестве товарного знака он не сможет в силу наложенного на себя договором ограничения.

Тем не менее, группа разработчиков проекта III части ГК РФ (раздела "Исключительные права"), возглавляемая профессором В.А.Дозорцевым, предлагает более радикальное решение рассматриваемой коллизии: исключить из перечня произведений, являющихся объектами авторского права, "изображения, специально созданные для товарных знаков"[3]. В принципе соглашаясь с таким предложением, хотелось бы обратить внимание на его непонятную ограниченность только изображениями, поскольку такая ситуация возможна и в отношении других произведений, в частности, музыкальных (музыкальные заставки, регистрируемые в качестве товарных знаков), литературных (слоганов), т.е. речь следует вести вообще о "произведениях, специально созданных для целей регистрации в качестве товарных знаков (знаков обслуживания)".


[1] Гаврилов Э.П. Комментарий к закону Российской Федерации "Об авторском праве и смежных правах". М.: СПАРК, 1996. С. 25 - 26.
[2] См.: Информационное письмо Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 28 сентября 1999 г. N 47 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением закона Российской Федерации "Об авторском праве и смежных правах"//Патенты и лицензии. 1999. N 12. С. 35.
[3] Дозорцев В.А. Проблемы интеллектуальной собственности в Гражданском кодексе России/Труды по интеллектуальной собственности. М.: Институт международного права и экономики им. А.С.Грибоедова, 1999. Т. 1. С. 7