Российская Библиотека Интеллектуальной Собственности
 
 


Федерация Защиты Правообладателей

Сходство до степени смешения: взгляд эксперта-лингвиста

И.В.ЖАРКОВ – действительный член Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам, канд. филолог. наук (Санкт-Петербург)

В действующем законодательстве есть ряд положений, в которых используется понятие сходства обозначений до степени смешения. Речь идет о таких средствах индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг, как товарные знаки, коммерческие обозначения, фирменные наименования, наименования мест происхождения товаров. При этом содержание понятия сходства до степени смешения не раскрывается ни в одном федеральном законе. Таким образом, законодатель не считает, что понятие «сходство до степени смешения» лежит в области юриспруденции. На практике это означает, что при возникновении спора о степени сходства обозначений требуются специальные знания, используются доводы, выходящие за пределы юриспруденции. Установление сходства словесных обозначений до степени смешения – одна из задач лингвистической экспертизы, частным случаем которой является экспертиза наименований.

Семантика словесных обозначений как средства индивидуализации конкретных объектов предполагает их трактовку как собственных имен существительных. Именно в этом качестве они функционируют в русском языке, включая изолированное употребление в русскоязычной культурной среде (например, на вывесках, печатях, фирменных бланках, прейскурантах).

Способность обозначения к ассоциации в сознании человека с другим обозначением препятствует выполнению его индивидуализирующей функции. Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания[1] устанавливают для товарных знаков следующий критерий выявления их сходства до степени смешения (п. 14.4.2), фактически сформулированный в форме определения: «Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия».

Это определение, несмотря на внешнюю привлекательность и простоту, представляется не совсем удачным с практической точки зрения. Здесь использована формулировка, которая в принципе допускает прямое применение. Это определение теоретически можно было бы считать операциональным, если бы не одно но. В социологии, социальной психологии, квантитативной лингвистике разработан целый ряд методов выявления ассоциаций, существующих в общественном сознании, характерных для определенной социальной группы или коллектива. Эти методы базируются на сборе статистических данных, требуют проведения серьезных социологических исследований, и достоверные результаты могут быть получены только при большой группе опрашиваемых. Уровень затрат на подобного рода исследования фактически исключает их проведение в рамках споров о степени схожести обозначений, которые во множестве рассматриваются Палатой по патентным спорам.

Практическая неприменимость приведенного выше определения приводит к тому, что в практике Роспатента оно подменяется, на первый взгляд, более операциональным набором критериев, отраженных в Методических рекомендациях по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство. Анализ критериев, предлагаемых для словесных обозначений в разделе 4 Рекомендаций, свидетельствует об их размытости, неконкретности, неполноте, отсутствии иерархии признаков по степени важности, что неизбежно ведет к субъективизму экспертных оценок[2]. Заметим, что узаконенное проявление субъективизма в принятии властных решений представляет собой легальный базис для коррупции.

В то же время, с позиции лингвистики, схожестью двух словесных обозначений А и Б до степени смешения может быть названо положение, при котором существуют устойчивые, регулярно воспроизводимые ситуации нормальной коммуникации (Ненормальными условиями коммуникации могут считаться, например, ситуация восприятия письменного текста слабовидящим, клякса на бумаге с текстом, сильная зашумленность канала акустической связи, сильное алкогольное или наркотическое опьянение слушающего и т.п.), когда использование отправителем информации (говорящим) обозначения А приводит к ее восприятию адресатом (слушающим) как относящейся к объекту, обозначаемому Б.

Это альтернативное определение базируется на здравом смысле и лингвистической интерпретации словосочетания «схожесть (сходство) до степени смешения» согласно нормам и правилам современного русского языка, что соответствует требованиям федерального закона «О государственном языке Российской Федерации». Смешение может происходить на уровне как физического восприятия (адресат неправильно расслышал или прочитал обозначение А), так и восприятия психического (адресат правильно расслышал или прочитал обозначение А, но отождествил его с объектом, обозначаемым Б).

Причиной смешения на уровне физического восприятия является тождество или внешнее сходство обозначений А и Б. Смешение на уровне психического восприятия возможно в случаях, когда различия между обозначениями А и Б воспринимаются как внешнее проявление вариативности обозначаемых объектов. Такова ситуация использования в фирменном наименовании того или иного форманта (например, плюс, -ин, -ол, интернэшнл) или иного неохраноспособного элемента, в том числе указания на сферу или род деятельности (например, -дент, фито-, авто-, лизинг, банк, лингво-). Обозначение, в состав которого входит один из подобных элементов, может восприниматься как название филиала, дочернего предприятия, новое наименование фирмы после ее реорганизации и т.п. Обозначение товара, в состав которого входит подобный неохраноспособный элемент, может восприниматься как обозначение модификации исходного товара, вызывать представление о единстве происхождения товаров, маркированных исходным и производным обозначениями.

В словесном обозначении могут присутствовать лингвистически сильные, ослабленные и слабые элементы. Сравнительный анализ обозначений следует проводить с их раздельным учетом. Различительная способность знака наиболее связана с его сильными элементами, в меньшей мере – с ослабленными, практически не связана со слабыми элементами. В Рекомендациях использованы понятия сильных и слабых элементов, при этом имеются в виду исключительно семантические свойства элементов, составляющих обозначение:

«4.2.1.3. В состав словесных обозначений могут входить как сильные, так и слабые элементы. Сильные элементы оригинальны, они не носят описательного характера… При экспертизе словесных обозначений необходимо учитывать сходство именно сильных элементов».

Однако сильные, ослабленные и слабые элементы могут быть выделены также во внешнем (звуковом и графическом) облике знака.

На значимость (с учетом различительной силы) звука в составе словесного обозначения влияет его позиция относительно ударения, определяющая степень его редукции. При редукции в русском языке происходит уменьшение силы и длительности звука (количественная редукция), а также изменение качества звука, вызываемое вялой, недовыполненной артикуляцией (качественная редукция). Например, качественная редукция гласного [а] приводит к его превращению в заударном и не первом предударном слогах в нейтральный э-образный звук, длительность которого в зависимости от манеры речи может сокращаться очень значительно, вплоть до полного его исчезновения.

В качестве фонетически сильных в русском языке следует рассматривать, в частности:
полно- и неполноударные гласные,
согласные, входящие в ударный слог,
шумные глухие согласные, практически не подверженные редукции.

Фонетически ослабленными, как правило, являются:
звуки первого предударного слога,
гласные [у], [ы], [и], не подверженные качественной редукции,
безударный начальный гласный (для слов, начинающихся с гласного), звонкие согласные в безударных слогах.

Фонетически слабыми оказываются остальные звуки.

Сильными должны признаваться также сочетания звуков, которые привлекают к себе внимание и говорящего, и слушающего, редкие для фонетической системы русского языка: например, зияние (два гласных подряд, без согласного между ними, как в словах «киот», «поэт»).

Словесные обозначения в русском тексте склоняются по общим правилам, существующим в языке. При словоизменении внешний облик слов меняется: заменяется флексия (окончание), наблюдается чередование (например, в паре мост – о мосте имеется чередование по твердости/мягкости [т] – [т’]), проявляются беглые гласные: каток – катка. Заметим, что в Рекомендациях о словоизменении нет ни слова, эта возможность полностью выпадает из поля зрения экспертов Роспатента.

Часть звукового облика слова, подверженная модификации при словоизменении, должна рассматриваться как фонетически ослабленная. При сравнительном анализе двух обозначений необходимо принимать во внимание, какие именно изменения наблюдаются во внешнем облике слов при словоизменении. Аналогичные явления должны также учитываться при анализе графического облика словесных обозначений.


[1] Патенты и лицензии. 2003. № 5. С. 32.
[2] См., например: Жарков И.В. Сходство товарных знаков: есть вопросы//Патентный поверенный. 2009. № 1. С. 33.